Сирийский художник превратил мировых лидеров в беженцев

Блог им. admin
12 фото
Сирийский художник превратил мировых лидеров в беженцев
image
Сирийский художник Абдалла Аль-Омари (Abdalla Al Omari) стал популярен в Сети благодаря фотопроекту «Уязвимость». В серии художественных работ он изобразил мировых лидеров в виде беженцев, вынужденных покинуть свой дом. Абдалла так хотел привлечь внимание к проблеме переселенцев поневоле, поскольку сам бежал в Бельгию после начала войны в Сирии.

Серия «Уязвимость», по словам сирийского художника, показывает известных политиков в момент отчаяния, лишая их власти и силы.

«Мне хотелось забрать у политиков власть, но не ради утешения собственной боли, а для того, чтобы вернуть этим мировым лидерам человечность и понимание, что в уязвимости может быть сила», — пояснил смысл своих работ Аль-Омари.

На картинах художника в роли беженцев можно увидеть таких политических лидеров, как Дональд Трамп, Ангела Меркель, Владимир Путин, Башар Асад, Тереза Мэй, Ким Че Ын, Николя Саркози, Барак Обама, Франсуа Оланд, Дэвид Кэмерон.
Показать все 12 фото

Коротко о беженцах в Европе.

Блог им. admin
Выпивали на днях после катания на Чимбулаке с парой испанских товарищей. Говорили среди прочего об иммиграции, о сирийских беженцах и о том, куда исчезает старая добрая Европа.

Понятно, говорю я им, почему вы не приветствуете беженцев и прочих маргинальных иммигрантов — есть мнение, что от них безработица, преступность, наркомания и прочие радости. Но вы и вполне себе респектабельных и обеспеченных иммигрантов тоже не очень-то любите. Это-то почему?

А мне отвечают:

«Представь себе, Ержан, ситуацию. Вот у меня, например, у какого-нибудь пятидесятилетнего Игнасио, есть дом. В нем жили мои родители, и родители моих родителей, и их предки, и мои дети будут жить. И он не очень большой, но мне в нем уютно. И участочек при нем маленький, но я за ним всю жизнь ухаживал, и растут на нем миленькие такие цветы. И скамеечка стоит небольшая, я на ней кофе пью. А возле дома есть небольшой ресторан, и там я по вечерам пью вино.

А на улице, на которой стоит дом и ресторан, при Франко шли бои. И ресторан разнесло бомбой к чертовой матери. И его владелец потом ресторан отстраивал долго, а мой дед ему помогал. А до Франко была гражданская война. А до нее — Первая Мировая. А до нее — еще чертова туча всякой хрени и прелести, и так последние пятьсот лет. И только последние лет пятьдесят у нас более-менее спокойно.
Читать дальше