Я работаю с подростками на краткосрочных десятидневных курсах. Мои ученики — это ученики старших классов питерских школ (иногда попадаются школьники из других городов — из Москвы, например — их специально привозят к нам на занятия). Социальный срез — средний класс, дети законопослушных граждан, твердо стоящих на ногах (обучение — 10 занятий — у нас стоит как средняя зарплата по Питеру).
В конце каждого курса, на 10-м занятии, мы проводим письменный опрос учащихся, где они отвечают на самые элементарные вопросы: как звали последнего русского царя, назови столицу Белоруссии или Эстонии, кто написал «Песнь о вещем Олеге», с кем была ВО война и когда, назови три музыкальные группы и т.д.
При этом учащимся говорится, что это небольшой тест на кругозор (в смысле на интеллект, — приходится уточнять, так как далеко не все знают, что такое «кругозор»). Да что там — какой-то «кругозор» — подавляющее большинство старшеклассников обнаруживают обескураживающую непросвещенность не только в реалиях окружающего мира, но не понимают смысла самых, казалось бы, обычных и простых слов.
В старшей группе из 15 человек (возраст 14 — 16 лет) только двое знали значение слова «иждивенец», остальные отвечали на вопрос, кто это такой, так:" воин"," непослушный", «тот, кто живет один», «человек, который иждевал», «кто не подчиняется законам», «кто сбежал из тюрьмы», «кто нанялся к бандитам», «кто рано встает», «брет — именно так — брет сумашчего» или просто «не знаю» — ставить прочерки вместо ответов им было запрещено.
Читать дальше