Начну издалека. Я терпеливо отношусь к мужьям моих подруг. Более того, все эти парни, проходящие под названиями машинмуж, катинмуж, танинмуж, не подлежат критике. Главное, девочку нашу ебёт и защищает, за это прощается и глупость, и мудачество, и прочие странности. Даже нет, не «прощается» — просто не берётся в расчёт. Но к малознакомым мужьям малознакомых женщин я иногда могу нечаянно подойти со слишком длинной линейкой. А потом раскаиваюсь.
Валеру и Наденьку я встречала несколько раз в жизни, они всюду появлялись вместе и производили впечатление любящих людей. Поэтому, когда на очередную вечеринку Валера пришел один, я решила поинтересоваться здоровьем его жены.
Валера сидел на низком диванчике, зажав руки между колен. Он не повернул головы, когда я подошла, и что-то бормотал, покачиваясь взад-вперёд.
— Наденька блядь, наденька блядь, наденькаблядь, наденькаблядь, наденькаблядьнаденькаблядь, — повторял сквозь зубы до тех пор, пока я не сунула ему под нос стакан виски.
Голос был придушенный, будто чувака крепко подержали за кадык. На днях кто-то из друзей не поленился сообщить ему несколько любопытных фактов о сексуальных подвигах дорогой супруги. Я выслушала отрывистый рассказ, и чёрт меня дёрнул сказать:
— В этой истории точно есть одна блядь, – которая влезла в чужие дела. И как минимум один дурак, который после десяти лет брака узнаёт о жене такие новости. Ты типа не знал, с кем живёшь? Или ни что не предвещало беды, но ты немедленно поверил?..
Читать дальше
Тег: подруга
Туго с деньгами
Веганы
Философия сего движения подразумевает отказ от любой мясной пищи, морепродуктов и так далее. Я никогда не знал, что все эти «травоядные» делятся на категории, самая распространённая из них так называется веганы. Кому интересно почитайте про них в вики, если вкратце, то сие движение основал и популяризировал какой-то хитрожопый англичанин, который, кстати, с него имел не плохой гешефт. Суть его в том, что нельзя ничего: молоко, мясо, рыбу, мед, яйца, короче все что шевелится или может шевелиться, то нельзя. Еще нельзя носить одежду из шерсти, кожи, меха и так далее.
Мы сидим с ней в ресторане, она изучает меню и периодически морщится, вместе с нами сидят ее друзья по несчастью.
— Ой, все-таки малоразвитая у нас страна, вот в Европе всегда есть отдельное меню для веганов – поправляет очки вожак этой стаи травоедов.
— Для кого? – листаю я меню
— Для нормальных людей.
Больше всего меня в таких «нормальных» всегда бесит, что если ты куришь, то ты не нормальный для того кто не курит, если пьешь, то ты алкаш, для тех кто не пьет. И последняя сволочь для тех, кто не ест мясо, если ты ешь мясо животных и носишь кашемировый свитер. Все эти люди при этом обожают трындеть про толерантность, хотя сами хуже нацистов. Кстати это относится и к религиозным товарищам.
— Да-а-а-а, тяжело тут нормальным – вздыхаю я.
— Я буду греческий только без сыра – закрывает меню Танька.
— Да тут больше и нечего есть! Ужас какой-то! – возмущается подруга очкарика.
— Картошка есть – пожал я плечами.
— Она с селедкой.
— Попросите без селедки.
— А ты? – поправил очки мужик
— Что я?
— Тоже веган?
— Мудлан, потому что сижу тут с вами.
Читать дальше
Мы сидим с ней в ресторане, она изучает меню и периодически морщится, вместе с нами сидят ее друзья по несчастью.
— Ой, все-таки малоразвитая у нас страна, вот в Европе всегда есть отдельное меню для веганов – поправляет очки вожак этой стаи травоедов.
— Для кого? – листаю я меню
— Для нормальных людей.
Больше всего меня в таких «нормальных» всегда бесит, что если ты куришь, то ты не нормальный для того кто не курит, если пьешь, то ты алкаш, для тех кто не пьет. И последняя сволочь для тех, кто не ест мясо, если ты ешь мясо животных и носишь кашемировый свитер. Все эти люди при этом обожают трындеть про толерантность, хотя сами хуже нацистов. Кстати это относится и к религиозным товарищам.
— Да-а-а-а, тяжело тут нормальным – вздыхаю я.
— Я буду греческий только без сыра – закрывает меню Танька.
— Да тут больше и нечего есть! Ужас какой-то! – возмущается подруга очкарика.
— Картошка есть – пожал я плечами.
— Она с селедкой.
— Попросите без селедки.
— А ты? – поправил очки мужик
— Что я?
— Тоже веган?
— Мудлан, потому что сижу тут с вами.
Читать дальше
Безумная страсть рожать
Наверное, есть женщины, у которых после слов «я беременна» не поехала крыша. Они не стали рожать каждый год, они остаются полноценными и разносторонними личностями, а их интересы выходят за рамки «подгузник — садик — школьная форма». Только в жизни я их ни разу не встречала. От этого факта и от истории, которую я сейчас расскажу — мне становится страшно.
Сначала, когда подруга рожает ребёнка, я за неё радуюсь. Становлюсь крестной. Покупаю гору подарочных слюнявчиков. Через полтора года оказывается, что вы с этой подругой не виделись очень давно – у неё времени нет. Ваше общение сводится к телефонным звонкам. Первые пять минут в наш разговор врываются эпизодические крики: «Серёжа, подними панамку!», «Серёжа, слезь!», «Серёжа, встань с земли!». Потом вообще вся беседа сводится к Серёже. Затем она предлагает: «А давай следующим летом вместе рожать!» или «А ты ещё не собралась?».
Я представляю себе, как мы тужимся наперегонки, наши мужчины за нас болеют, периодически заглядывают, как там ребенок в родовом канале соперницы, не опережает ли. Сразу же вежливо прощаюсь. Пожалуй, позвоню, когда Серёже стукнет пятнадцать. А пока буду следить за жизнью подруги по фейсбуку, впрочем, он тоже превратился в фейсбук Серёжи. Там его фотографии, цитаты из его речей и случаи из его жизни.
Подумать только, эта женщина просила меня перед родами: «Наташа, заметишь, что я превратилась в сумасшедшую яжемать — убей меня!». Теперь очень хочется ей об этом напомнить. О том, что она обещала, что её мир не сузится до трёх интересов «работа», «быт», «ребенок!».
Читать дальше
Сначала, когда подруга рожает ребёнка, я за неё радуюсь. Становлюсь крестной. Покупаю гору подарочных слюнявчиков. Через полтора года оказывается, что вы с этой подругой не виделись очень давно – у неё времени нет. Ваше общение сводится к телефонным звонкам. Первые пять минут в наш разговор врываются эпизодические крики: «Серёжа, подними панамку!», «Серёжа, слезь!», «Серёжа, встань с земли!». Потом вообще вся беседа сводится к Серёже. Затем она предлагает: «А давай следующим летом вместе рожать!» или «А ты ещё не собралась?».
Я представляю себе, как мы тужимся наперегонки, наши мужчины за нас болеют, периодически заглядывают, как там ребенок в родовом канале соперницы, не опережает ли. Сразу же вежливо прощаюсь. Пожалуй, позвоню, когда Серёже стукнет пятнадцать. А пока буду следить за жизнью подруги по фейсбуку, впрочем, он тоже превратился в фейсбук Серёжи. Там его фотографии, цитаты из его речей и случаи из его жизни.
Подумать только, эта женщина просила меня перед родами: «Наташа, заметишь, что я превратилась в сумасшедшую яжемать — убей меня!». Теперь очень хочется ей об этом напомнить. О том, что она обещала, что её мир не сузится до трёх интересов «работа», «быт», «ребенок!».
Читать дальше