Я никогда не скрывал своей нетрадиционной ориентации. Её сложно скрыть, знаете ли. То есть нет, упрятать от людских глаз можно всё — и даже это. Но я считаю это ниже своего достоинства. Поэтому все мои родные и друзья знают, кто я, и к какому меньшинству отношусь.
Большинство моих друзей — такие, как я. Некоторые вынуждены скрываться, приспосабливаться, делать вид, что они — обычные, как все. Некоторые признают себя теми, кто они есть, и живут так, как велит им природа. Они платили за это полную цену: кому-то это стоило карьеры, кому-то — любимой профессии, кому-то — отношений с близкими. Но они идут на это, чтобы не испытывать тяжелейших страданий, обусловленных биологией.
Да, биологией! Бог или Природа создали нас такими, какие мы есть. Так называемые нормальные люди говорят нам, что мы — просто-напросто жалкие, изнеженные извращенцы, нуждающиеся в дисциплинировании и принудительном лечении, в ведре холодной воды на голову и тяжёлом физическом труде на морозе. И уж, конечно, они не намерены потворствовать тому, что они считают изнеженностью и жалким извращением. О нет, они не готовы уступить нам ни сантиметра того мира, который они считают своим!
При этом именно такие, как мы, составляют значительнейшую часть мировой интеллектуальной и культурной элиты. Мы-то знаем, что мы — соль земли, crème de la crème, избранная раса, вершина человеческого рода. Величайшие гении человечества — учёные, писатели, артисты — в основном из наших. Но и простые тягловые лошадки прогресса, на спинах которых лежит вся тяжесть нашей цивилизации — тоже мы, кто ж ещё-то. Благодарное человечество щедро платят нам за это. Чем же? Ежедневными, ежечасными унижениями, физической мукой, с которой мы вынуждены жить от рождения до смерти. Мукой, несравнимой ни с чем.
Читать дальше
Тег: совы
Жаворонки хороши лишь в пироге
Если бы моя дочь спросила совета, как жить, я б, потряхивая благородной сединой и пристукивая клюкой, ответила:
— Живи по совести, девочка моя. И помни: любовь превозмогает всё. Но жаворонки хороши лишь в пироге, а не в постели.
На самом деле, жаворонки — ужасные птички, хуже археоптериксов. Мало того, что они бессовестно счастливы по утрам — этого одного уже хватает для пирога. Так они ж ещё пытаются осчастливить сов. И отказываются понимать, что совы по-другому устроены.
Вот была у меня подруга. Звонила мне в 9 утра и жизнерадостно говорила:
— Что, ты ещё спишь? Как можно спать в такое время? Сегодня выходной! Посмотри, какое прекрасное утро!
Ни попытки пояснить, что я легла в три ночи, ни бросание трубки не помогали. Она упорно пыталась общаться. Я решила проблему по-своему: позвонила ей в час ночи, и голосом оптимистичной дебилки сказала:
— Что, ты уже спишь? Как можно спать в такую ночь! Завтра же выходной! Посмотри, какая луна! Пойдем прогуляемся.
Почему-то её не вдохновило мое предложение. Да, я знаю, в час ночи звонить невежливо, а в девять утра — офигенно вежливо. И это ещё одна дискриминация сов.
В юности я наивно полагала, что чувства важнее. Поэтому пыталась пару раз жить с жаворонками. Но побудки в 7 утра для разделения страсти и нежности отбили во мне эту охоту. В 7 утра я могу хотеть только двух вещей: спать или пристрелить того, кто меня разбудил. А вот когда у меня наступал пик активности, жаворонок засыпал. И почему-то я его не будила в 12 ночи для любви. В общем, ничо у нас не вышло, и пусть скажут спасибо, что живы остались.
Читать дальше
— Живи по совести, девочка моя. И помни: любовь превозмогает всё. Но жаворонки хороши лишь в пироге, а не в постели.
На самом деле, жаворонки — ужасные птички, хуже археоптериксов. Мало того, что они бессовестно счастливы по утрам — этого одного уже хватает для пирога. Так они ж ещё пытаются осчастливить сов. И отказываются понимать, что совы по-другому устроены.
Вот была у меня подруга. Звонила мне в 9 утра и жизнерадостно говорила:
— Что, ты ещё спишь? Как можно спать в такое время? Сегодня выходной! Посмотри, какое прекрасное утро!
Ни попытки пояснить, что я легла в три ночи, ни бросание трубки не помогали. Она упорно пыталась общаться. Я решила проблему по-своему: позвонила ей в час ночи, и голосом оптимистичной дебилки сказала:
— Что, ты уже спишь? Как можно спать в такую ночь! Завтра же выходной! Посмотри, какая луна! Пойдем прогуляемся.
Почему-то её не вдохновило мое предложение. Да, я знаю, в час ночи звонить невежливо, а в девять утра — офигенно вежливо. И это ещё одна дискриминация сов.
В юности я наивно полагала, что чувства важнее. Поэтому пыталась пару раз жить с жаворонками. Но побудки в 7 утра для разделения страсти и нежности отбили во мне эту охоту. В 7 утра я могу хотеть только двух вещей: спать или пристрелить того, кто меня разбудил. А вот когда у меня наступал пик активности, жаворонок засыпал. И почему-то я его не будила в 12 ночи для любви. В общем, ничо у нас не вышло, и пусть скажут спасибо, что живы остались.
Читать дальше