Тег: еда

Как уже повелось, в средней полосе России непременный атрибут новогоднего ужина — салат «Оливье», то в Сибири эту роль выполняют пельмени. Редкое праздничное застолье здесь обходится и без местной северной рыбы — как минимум на столе окажется тарелка с малосольным омулем или хариусом. Почти в каждой семье есть собственные рецепты традиционных сибирских блюд.

Но значительная часть сибирского кулинарного наследия сегодня утрачена. С помощью экспертов по традиционной кухне «Русская планета» восстановила старинные рецепты и развеяла несколько популярных кулинарных мифов.

Пельмени заменяли сибирякам первое, второе и даже десерт. Об этом можно прочесть у Гиляровского в серии очерков «Москва и москвичи». Он описывает, как десять богатейших сибирских золотопромышленников устроили обед, состоявший исключительно из пельменей с разными начинками. А на сладкое подавались пельмени с фруктами, сваренные в розовом шампанском. Всего было съедено 2,5 тыс. пельменей.

Век спустя многое изменилось. Рецепт традиционных мясных пельменей стал другим.
Читать дальше

Ну-с, когда вы входите в дом, то стол уже должен быть накрыт, а когда сядете, сейчас же салфетку за галстук и не спеша тянитесь к графинчику с водочкой.

Самая лучшая закуска, ежели желаете знать, селёдка. Съели вы ее кусочек с лучком и с горчичным соусом, сейчас же, благодетель мой, пока ещё чувствуете в животе искры, кушайте икру саму по себе или, ежели желаете, с лимончиком, потом простой редьки с солью, потом опять селёдки, но всего лучше, благодетель, рыжики солёные, ежели их изрезать мелко, как икру, и, понимаете ли, с луком, с прованским маслом… объедение! Но налимья печёнка – это трагедия!

Ну-с, как только из кухни приволокли кулебяку, сейчас же, немедля, нужно вторую выпить.

Кулебяка должна быть аппетитная, бесстыдная, во всей своей наготе, чтоб соблазн был. Подмигнёшь на неё глазом, отрежешь этакий кусище и пальцами над ней пошевелишь вот этак, от избытка чувств. Станешь её есть, а с неё масло, как слезы, начинка жирная, сочная, с яйцами, с потрохами, с луком…

Как только кончили с кулебякой, так сейчас же, чтоб аппетита не перебить, велите щи подавать… Щи должны быть горячие, огневые. Но лучше всего, благодетель мой, борщок из свеклы на хохлацкий манер, с ветчинкой и с сосисками. К нему подаются сметана и свежая петрушечка с укропцем. Великолепно также рассольник из потрохов и молоденьких почек, а ежели любите суп, то из супов наилучший, который засыпается кореньями и зеленями: морковкой, спаржей, цветной капустой и всякой тому подобной юриспруденцией.
Читать дальше

Мороженое
Больше всего современные россияне тоскуют по советскому мороженому. Не обошлось, конечно, без обычной ностальгии по детству, но все же для многих одна из главных потерь девяностых – это простой пломбир за двадцать копеек. Что интересно, в СССР почти в каждом крупном городе был свой хладокомбинат, и условия их работы могли существенно отличаться, но на качестве и ассортименте это сказывалась не сильно.

Хотя и тут были свои лидеры: самым вкусным считалось ленинградское и московское мороженое. А самым лучшим – пломбир «Каштан» за 28 копеек, который можно было купить только в Москве и только если повезет.

Впрочем, в любом областном центре продавали тот же пломбир в шоколадной глазури и за те же деньги, но это было не то… Качество обеспечивалось благодаря незыблемому ГОСТу 117-41 и использованию исключительно натурального молока. Сейчас это не может позволить себе ни один производитель.
Читать дальше

Больше всего люди жрут в сентябре. Вы скажете про январь. Да, в январе тоже жрут. Но не то. А в сентябре еду. Потому что когда неурожай – это катастрофа, а когда урожай – это две катастрофы. Две катастрофы и одна беда. Потому что урожай может пропасть. А в него вложено всё. Все выходные, отпуск и пара отгулов. И горькие слёзы. И вода по счётчику. И бензин в машину. И любовь. И потому большинство российских семей с самого утра сентября жрут яблоки. Белый налив заедают коричневкой, антоновку в принюшку, и уже начинают бояться Симиренко. Каждый обязан взять пакет яблок на работу. А вернувшись с работы съесть ещё яблок. Но никто уже не может. И маме приходит в голову идея – давайте завернём яблоки в тесто и ещё немного их поедим. Давайте, говорят все, а потом колупают тесто и выедают яблоки. Но и это тоже результат.

Но яблоки – это ерунда. Страшно, когда пойдёт кабачок.

Кабачковая икра уже закрыта на зиму во всех оставшихся от вишни банках, а кабачок всё идёт. Будете кабачковые оладьи? Нееееет! Хорошо, тогда я сейчас нажарю! Кабачковое суфле очень хорошо смотрится в холодильнике, кстати. Попробуйте. Недели две стоит там как живое.

Картошку никто не ест. Потому что картошка, если положить её на балкон, может служить вечно. Как и всё, что кладут на балкон. Поэтому никогда в сентябре вы не дождётесь: приходите к нам на картошку! Зато вас будут звать на фаршированный перец, на аджику, дыню, арбуз. О, боже! Пропадает арбуз! И все садятся спасать арбуз. Его нельзя выкинуть.
Читать дальше

Когда Йося Шулькин пошел работать главным балабузом на строительный склад, его мама Циля Залмановна тут же поняла, что ничем хорошим это не кончится.

— Этот идиёт хочет трепать мне последний нерв! Мальчику только тридцать пять, а на складе сплошной дефицит и большие деньги! Это надо было растить его всю жизнь, кормить бульоном и любить больше жизни, чтобы дожить до такого? Вэйз мир! Я с этим Йосей, дай ему бог здоровья, скоро умру и даже не надо мене уговаривать!

— Так за что же вы будете умирать?- спрашивала Цилю Залмановну ее соседка Хася- Вы таки как хочите, но я вас не понимаю, мадам Шулькина! У мальчика такая работа и перспектива на премиальные, а вы тут кричите, как потерпевшая от пожара и делаете трагедию из Гамлета!

— Хася, ты просто никогда не жила красиво, Хася! У тебя из богатства — только вставной зуб и чугунная утятница! Ты не понимаешь, что за красиво надо платить. Мальчика могут посадить, Хася! Быть начальником склада — это как быть военным сапером. И там, и здесь одно неловкое движение, и жизнь летит под откос!

Так проходили дни. Йося каждый день надевал пиджак и уходил на работу, а его мама Циля Залмановна ждала, что эта работа таки добром не кончится.
Читать дальше

В штате Квинсленд, Австралия, двухметровый питон убил упитанного опоссума недалеко от дома престарелых. На первый взгляд могло показаться, что небольшой змее не совладать с крупной добычей, но, уединившись в лесу, питон спокойно заглотил свою жертву.




Читать дальше

— Ем устриц, пью шабли, потомственным нищебродам не понять. – Мелькнула подпись к какой-то фотографии в Инстаграм. Инстаграм сейчас – зона свободного ведения огня, образно выражаясь. Никогда не знаешь, покажет он тебе снимки друзей, на которых подписан, или решит, что обойдешься. А вот подсунуть что-то новенькое, интересненькое, типа аккаунта очередной адептки секты рыботравок – это всегда пожалуйста…

Знатокам кулинарии, да и не только кулинарии, такие аккаунты могут доставить много лулзов.

Вот как с устрицами, например. Интересно, чтобы сказала девица, если бы узнала – устрицы на протяжении многих лет были…едой бедняков?

Еще Чарльз Диккенс писал: «Бедность и устрицы всегда идут будто рука об руку». До XIX века устрицы считались самой дешевой едой. Дюжина устриц стоила меньше чем буханка хлеба, а источник белка, сил и витаминов это был хороший. Деликатесом они стали много позже, когда вылов их катастрофически сократил популяцию.

Кстати — с омарами (лобстерами) та же история. Американские рыбаки проклинали те дни, когда этих вкусных тварей в их сети попадалось очень много. Их чаще всего выбрасывали, поэтому омары были едой тех, кто не мог позволить себе рыбу. На столы аристократов они стали попадать только с развитием искусства поваров.

Фуа-гра была деликатесом еще во времена древнего Египта и Римской империи, но вот с их падением секрет изготовления сохранился… в беднейших еврейских семьях. Да и то, только потому, что там все в дело шло (вспомним другие блюда еврейской кухни, в которых небольшое количество фарша разбавляется огромным объемом наполнителей). Только многие столетия спустя фуа-гра вновь стала деликатесом.
Читать дальше

Мой рост – 1 метр 75 сантиметров, если, конечно, не сутулиться. Вес – 77 килограммов, если, конечно, не после четырёх кружек пива.
У меня всегда была только одна заповедная мечта: похудеть на два килограмма. Потому что я с детства знаю: мужчина должен весить столько, сколько в нём сантиметров. Помимо метра. Я плохо выражаю свои мысли, но вы меня поняли.
Кто придумал всю эту дурь про килограммо-метро-сантиметры – не знаю и знать не хочу. Наверно, какой-то маньяк с математическим образованием.
Генеральный менеджер одной фирмы, торгующей удобрениями, Андрюша Горшков, имеет рост метр пятьдесят девять, а вес – сто два. И он совершенно счастлив. У него уже было четыре жены и есть дача в Каталонии. Менеджер другой фирмы, торгующей трубами, Сеня Богомолов, весит шестьдесят девять, зато рост у него метр девяносто три. И при этом Сеня такой оптимист, что даже тёщу называет «Мамулечкой», метро – «Подземным царством», а чартерные рейсы – «Полётами на Луну» или «Ездой в незнаемое».
Но что бы там ни говорили, у меня всегда была одна подсознательная мечта: весить 75 кг. Как будто, если я буду весить 75, наступит счастье.
Ну так вот.
Мысль о 75 килограммах особенно остро меня мучает в турах и на курортах. Потому что курорт – это место, где принято оздоравливаться, несмотря на шведский стол, уютные лежаки и так далее. А на экскурсиях принято употреблять духовную пищу, а не материальную.
Но вот как-то раз я поехал в Китай. Без всякой надежды на похудение, потому что – как и все мы – был по уши наслышан про волшебную китайскую кухню: про утку по-пекински, креветки по-тайбейски и всякие черепашьи супы по-шанхайски.
Сел, поехал. Вернее, полетел.
Читать дальше