Все топики

Парадокс Абилина (англ. Abilene paradox) заключается в том, что группа людей может принять решение, противоречащее возможному выбору любого из членов группы из-за того, что каждый индивидуум считает, что его цели противоречат целям группы, а потому не возражает.

Парадокс был описан Джерри Харви (англ.) в статье The Abilene Paradox and other Meditations on Management. Имя парадоксу дано по мотивам анекдота, описанного в этой статье:

В один жаркий техасский вечер некая семья играла в домино на крыльце до тех пор, пока тесть не предложил съездить в Абилин отобедать. Жена сказала: «Звучит неплохо». Муж, несмотря на то, что поездка обещала быть долгой и жаркой, подумал, что надо бы подстроиться под других, и произнёс: «По-моему, неплохо; надеюсь, что и твоя мама не откажется». Тёща же ответила: «Конечно, поехали! Я не была в Абилине уже давно».
Дорога была жаркой, пыльной и долгой. Когда же они наконец приехали в кафетерий, еда оказалась невкусной. Спустя четыре часа они, измученные, вернулись домой.

Один из них произнёс неискренне: «Верно, неплохая была поездка?». Тёща на это сказала, что, на самом деле, она бы лучше осталась бы дома, но поехала, раз уж остальные трое были полны энтузиазма. Муж сказал: «Я был бы рад никуда не ездить, поехал лишь чтобы доставить остальным удовольствие». Жена произнесла: «А я поехала, рассчитывая на радость остальных. Надо было быть сумасшедшим, чтобы добровольно отправиться в эту поездку». Тесть ответил, что он предложил это лишь потому, что ему показалось, что остальным скучно.
Читать дальше

— Изя, я слышал, твоя тёща умерла. А что у нее было?
— Да так, ерунда, — старый сервант и телевизор.
▫
Незваный гость лучше нежданного мужа!
▫
Чужого нам не надо, но свое мы возьмем, чье бы оно ни было!
▫
Какая бы дурь ни пришла в голову, всегда найдутся единомышленники…
▫
— Изя, шо ви таки будете делать, если к вам придут воры и будут искать деньги?
— Абрам, я вас умоляю… Я буду смеяться и искать вместе с ними…
▫
Попав в больницу, Моня сразу же получил кличку " Сомалийский пират ", потому что спер чужое «судно „
▫
— Циля, шо у Вас за бордель!? Даже нечего выпить!
— Моня, в гастрономе напротив некого трахнуть… Но никто же не жалуется!
▫
— Зяма ты так долго сидишь в туалете! У тебя запор?
— У меня планшет…
▫
Похоронная процессия. За гробом идёт вдова и причитает:
— Ой вэй! И куда ж тебя несут?! Тебя несут где света нету!.. Где сыро и холодно!!.. Туда, где нету пить и кушать!!! Сзади идёт подвыпивший друг покойного, слушает причитания и говорит:
— Блин, ну судя по тексту — ко мне домой несут!!!
Читать дальше

Есть такая чудесная штука, называется crab bucket theory — «теория ведра с крабами». Если вкратце, она гласит, что крабы — настолько глупые животные, что по одиночке каждый из них легко бы выбрался из ведра, но когда один из них пытается из ведра выбраться, его же сородичи цепляются за него и затягивают обратно.

Когда человек пытается бросить курить, а дружки говорят «всё равно не получится» и протягивают сигарету — crab bucket. Когда ты получаешь второе высшее образование, а коллеги громко удивляются, зачем тебе это надо, ведь на работе и так устаёшь — crab bucket. Когда твои собственные родители говорят тебе, что ты глуп (неудачник, бездарь, ничего путного не выйдет) — да-да, crab bucket.
Читать дальше

Настоящему индейцу завсегда везде ништяк.
Если у меня будет выбор, то именно эти слова станут эпитафией. В идеале они должны вязью эльфийских и гномьих рун опоясывать тот огромный позолоченный член, что будет стоять мне надгробным памятником, и можно даже повторить их на греческом и латыни на каждом яичке этого самого памятника. Нет, не надо думать, что мне не бывает плохо. Бывает, ещё как бывает. Вот прямо сейчас. И это ништяк. Понимаете, я сейчас вот сижу, и мне плохо, и я думаю: «Как же мне ништяк. Я могу упиваться жалостью к себе, слушать Агату Кристи и Машину Времени и пить чай. А могу пить чего-нибудь покрепче, и тогда будет передоз этого ништяка, так что не буду. А уж какой ништяк настанет, когда мне станет хорошо, да я всё вокруг залью ништяком.»
Или вот лежит в раковине гора посуды, и бесит меня невероятно, и, понимаете, эта эмоция, она живая, она есть. И это ништяк. А уж когда втыкаешь в уши плеер, надеваешь на руки перчатки и начинаешь эту самую посуду мыть, это же просто отлично.
Или сердечные переживания. Влюбился, скажем, в кого-то, и это такой ништяк, ну любовь же, ну ништяк. А тебя не любят, и это тоже ништяк, это такая жизнь прям в тебе бурлит, и просто здорово. Или любят. Тут от ништяка запросто можно захлебнуться. Или вот ты стукнулся мизинцем об угол тумбочки. Казалось бы, в чём тут ништяк? Ага, поняли? Именно! У ТЕБЯ ЕСТЬ ДОЛБАНЫЙ МИЗИНЕЦ И УГОЛ ТУМБОЧКИ, МАТЬ ЕГО!
Читать дальше

Сентябрь. Дождь. Я возвращаюсь домой. Подходя к двери, я уже чувствую что меня ждёт внутри.
— Вернулся наконец. — мама мгновенно отреагировала на мой приход свои хриплым от курения голосом. — когда же ты начнёшь возвращаться после работы в другое место? Я в твои 22 уже замужем была.
Она была пьяна. В квартире было накурено, что было трудно дышать.
— Тебе же врач запретил курить, твои лёгкие и так уже никакие.
— Ты о своей жизни думай, а меня учить не надо!
Она стала много курить, после того как отец разбился в автокатастрофе, а в последнее время к этому ещё и прибавился алкоголь. Она не всегда была такой, мне было её жаль.
Оставаться в квартире было невозможно, дышать тяжело да и выслушивать в сотый раз одни и те же разговоры я не хотел. Я спустился вниз и пошёл гулять под дождём. Страшно хотелось есть, после работы у меня крошки во рту не было. В далеке стоял меленький киоск, я пошагал к нему. Там я накупил себе несколько беляшей, сел на лавочку под козырьком и принялся наполнять желудок.
— Парень, не угостишь?
Я поднял глаза, надо мной стоял обмокший от дождя дед, немного скрюченный, заросший седой бородой и с одним глазом, одет в какую то чёрную потрёпанную куртку, вроде не бомж. Я молча протянул ему беляш, он взял, подмигнул одним глазом, и сел рядом со мной.
— Эх, и всё таки жизнь прекрасна. — сказал он, откусив кусок. -сейчас бы ещё чайку.
— Да уж, прекрасней не бывает. — меня накалил его глупый оптимизм.- Третий день идёт дождь, все улицы в грязище засраный, и в этой стране по другому не бывает. У кого то есть всё чего они пожелают, и всё даётся на блюдечке, а есть такие как я, проигравшие в рулетку жизни, и оставшиеся ни с чем, по причине банального невезения. Прекрасней просто не бывает.
Читать дальше

Это же омлет, блять! ©
Вы просто не бывали на кулинарных форумах!
Люди культурно обсудили недочёты рецепта…

Вы никогда не наблюдали за людьми, у которых начисто отсутствует чувство юмора? Я всегда испытывал к ним нездоровый интерес, более того — коллекционировал.
Одним из выдающихся «экземпляров» моей коллекции была Сарра, администратор нашего Театра кукол. Милая, добрая, славная женщина, но шуток не понимала решительно. Все мы ее, конечно, разыгрывали, а я — больше других. Она, правда, не обижалась, а только обещала: «Зяма, тебе это боком выйдет!»
И вышло.

Как-то Театр кукол гастролировал в небольшом российском городке. Шло расселение артистов.
Я быстро обустроился в своем номере, соскучился в одиночестве и отправился в фойе на поиски приключений. Спускаюсь по лестнице и вижу: стоит наша пышная Сарра, засунув голову в окошко администратора, и ведет напряженную беседу. Понимаю, что вопросы обсуждаются важности чрезвычайной: кого из актеров перевести с теневой стороны на солнечную и наоборот; кого переместить из двухместного номера в трехместный, а кому «по штату» полагаются отдельные хоромы…
Вид сзади открывается просто роскошный.
Идея у меня еще не созрела, но импульс уже появился — и я несусь по ступенькам вниз.
А когда достигаю цели (Сарры), материализуется и идея. Я хватаю нашего администратора за самое выдающееся место, мну его все и при этом еще и трясу… Класс?
Читать дальше

Женившись, мужчина скоро обнаруживает интересную штуку: он женился на одной женщине, а оказался «должен» как минимум двум: жене и теще.

Теща. Она дочку конечно рожала-растила, кормила-поила, баловала-лелеяла, но вы же не думаете всерьез, что она делала это ради вас, будущего зятя?

«Самый благодарный бизнес — это инвестиции в своих детей» (народное)

Для большинства женщин дочка — это личная инвестиция в свою безбедную старость. Дочек растят таким образом, чтобы дочка никогда не смела позабыть, что забота о маме — это ее обязанность и «справедливая» оплата маме за труд рождения и воспитания. Дочку к этому и готовят: «Мама — это святое», «Мужиков у тебя может быть много, а мать у тебя одна» и тому подобное. Женщина, вырастившая дочь (особенно в одиночку), всегда ожидает, что та однажды будет жить хорошо и поделится с мамой добытыми ресурсами в жизни.

Зять как новый ресурс.

Конечно же мама/теща — это никакая не святая мадонна, а вполне обычная женщина, со всеми женскими замашками. И муж/любовник дочери — для нее в первую очередь самец, у которого есть ресурсы: деньги, машина, умения в каких-то делах, внимание и т.д. Зять расценивается как естественное продолжение дочери, то есть личная собственность, которой можно и нужно пользоваться. Тем более «платить» за потребление будет дочь.
Читать дальше

Диккенс критиковал свою жену — она слишком полная. Оттого, что ест много жирной пищи и все на диване лежит. Она глупая и не о чем разговаривать. Детям мало внимания уделяет. И с психикой у неё неладно; припадки ревности и слезы на ровном месте. И великий, мой любимый писатель написал публичное письмо о своей жене — с критикой. И читатели сочувствовали гению. А я весь день думаю: немудрено растолстеть, если за 12 лет родишь 10 детей. Троих похоронишь. Будешь тут лежать на диване без сил. И трудно десятерым детям, мужу, родственникам и гостям уделить много внимания… И покажешься глупой и неуклюжей, хотя вот в Америку на страшном пароходе она с мужем плавала; и детей храбро рожала. И с психикой — и мы бы заплакали, если бы по ошибке домой доставили браслет, который муж купил юной актрисе… В этой актрисе и было все дело — жена постарела и расплылась. А девушке было 18 лет. Вот и все. Не в жене было дело. Опостылела она, а развод не приветствовался. И Диккенс приказал заложить кирпичом проход на свою половину спальни — несколько демонстративно, мягко говоря. И эта толстая, глупая и ненормальная жена встала, надела шляпку и навсегда уехала из дому. Чтобы не унижаться. Не слушать критику и не читать её в журналах. И детей ей не отдали. Так она и прожила остаток жизни одна. И, когда писатель умер, только и попросила — опубликуйте письма, которые мне Чарльз писал в юности.
Читать дальше

Костюм от Канали, туфли от Бриони, рубашка от Пинка, очки от Пау Зильери, прическа от Сережи. Здраствуй Сережка. Ты, единственный Апполон на Туфлях платформах, кто может поспорить со мной за звание Самого Прекрасного Нарцисса на планете Земля. Я любуюсь собственным отражением в зеркале. До начала шоу осталось десять минут. Через десять минут тихая, как опушка в лесу, студия накалится до критической температуры от сканадлов и брани. Только я, как пожарный, буду носится взад вперед затушивая пожары, чтобы, потом, сразу же, заново воспламенить горючую людскую массу.
Я давно уже понял, что люди не могу прожить без осуждения им подобных. Осуждая соседа, человек, потонувший в собственных грехах, в этот момент, ощущает себя святым праведником. Политики порицают и осуждают воровство, менты – коррупцию, латентные педофилы накидываются на геев, сделавшая пять абортов суперзвезда журит, случайно залетевшую, нищую деваху.

Звезды и знаменитости купили себе индульгенцию. Блеск бриллиантов Графф и краснота Лабутинов не позволяет рядовому жителю хрущевки думать плохое о судьях, рассевшихся в мягких креслах. Рядовой трудяга может занять геморройное место за спиной Владельцев Планеты Земля, чтобы, со слюной во рту поддакивать дамам в Шанель и мужчинам в Гермесе и топтать жертву сидящую в центре зала, нервно ерзающую на своем месте.
Читать дальше

Работаю я в медицинском учреждении, занимаюсь оформлением документации. Со мной в кабинете сидит одна тётенька по имени Валентина Пална. Работает она давно, начинала еще с пишущей машинки. Особого желания переходить на компьютер у нее не было, подозрительно к этой адской машине относится и по сей день. Как следствие – учиться делать что-то кроме набора текста не хочет. По пять раз в день приходится бежать к ней на помощь после ее слов: «Ой, я что-то нажала» или «Я ничего не трогала, оно само!»

Теперь, собственно, сама история. Приходит к нам в кабинет врач недавно открывшейся у нас сосудистой хирургии и просит Валентину Палну сбросить ему на флешку какую-то документацию по их отделению. Та флешку видала, и даже знает куда ее надо-ть вставлять. Теоретически. Но все это ее пугает, а необходимость безопасного извлечения устройства вообще вгоняет в панику. По-этому она уступает место врачу, дабы он сам проделал все необходимое. Благо, папочка по сосудистой хирургии вот она, прямо на рабочем столе висит. Врач садится за ее комп, и я вижу (сижу напротив), как его лицо краснеет, он весь начинает трястись, с трудом сдерживает смех, а вырвавшийся все же из него ржач маскирует под кашель. Так он пыхтит пару минут, потом извлекает свою флешку, благодарит и быстренько уходит.
Читать дальше