Все топики

Ты спрашиваешь меня, друг мой, что происходит в нашей глуши.

О-о, да событий не перечесть. Вот, скажем, с утра набежали огромные, толстые как персидские коты облака и толкаются над крышами, словно спорят, кому ронять тень и проливать дождь. Старая липа, которую давно пора срубить, в таких случаях всегда начинает волноваться и переживать, страшно шумит, вся трясется и сыпет откуда-то сверху обломками сухих веток.

В комоде у матушки завелась моль. Бледная, руки заломлены, выражение лица трагическое. С усиками и вся в бэлом — ну натурально графиня. И выпархивает еще так… с апломбом. Причем в этом ящике лежат старые синтетические вещи, так что чем она питается — непонятно. Возможно, у нее строгая диета, отсюда эта нервозность и вспышки на ровном месте (вчера налетела на лампу, кричала, била ее крыльями: выключите! выключите! как вы можете! мерзавцы! — и все такое). Поспит — успокаивается. Я ей потихоньку от матушки подсунула в ящик старую фланелевую рубашку — пусть поест нормально.

Приходила коза — ну дура дурой. Причем с претензиями. Жрала наш альпийский газон и еще при этом мерзкие рожи корчила: мол, приходится есть всякую гадость в этом вашем простигосподи селе. Кривлялась до тех пор, пока матушка, узрев уничтожение любимого газона, не погнала козу поганой метлой, а точнее — шваброй. Тут у козы сразу сделалась нормальная физиономия, почти человеческая, и с этой физиономией она бежала прочь, а за ней мчалась разъяренная матушка с совершенно зверским лицом. Было очень смешно: впереди удрученная этим недоразумением коза, а в десяти шагах сзади — интеллигентная матушка, голубица моя кроткая: глаза сверкают, швабра в руке — как шампур, на который вот-вот нанижут козу. До чего доводит жизнь в глуши, а.
Читать дальше

— Дамочка, ну шо вы эту колбасу трете-мнете? Ну не станет она ни тверже, ни длинней!

Моя одесская бабушка знает ответ на вопрос «Как разлюбить мужчину?»: — Ой-вэй! Таки пара пустяков. Поставь его голос на будильник.

«Привоз», рыбный ряд. Тётка:
— Бички́!!! Бички́!!!
Приезжий:
— Правильно — «бычки».
— Правильно — «Neogobius fluviatilis», малохольный, а бычки докуривал ваш папа в детдоме, когда я уже тут бички торговала.

В Одессе, на Привозе:
— А шо у вас селедка кривая?
— На повороте поймали.

Утро. Привоз.
— Дайте, пожалуйста, мне попробовать вон ту колбаску… Солоновата. А можно попробовать вот эту? Нет, не годится, слишком наперчена. А вот ту? Можно попробовать? Нет, пресная. А кровянка есть? Дайте кусочек попробовать Жирновата… Ой, это за мной уже такая очередь? Извините, пожалуйста, что я вас задерживаю.
Голос из очереди:
— Ничего, ничего, вы завтракайте, завтракайте, мы подождем!

Диалог на Привозе:
— Ой, что—то ваша скумбрия не золотится…
— Дамочка, вы собрались на нее желания загадывать или таки кушать?
Читать дальше

Это было в 1913 году.
Одиннадцатилетняя девочка, пансионерка Московской Ржевской гимназии приставала к своему дядюшке с просьбой показать, что у него написано на медальоне, который тот всегда носил с собой на груди.

Дядюшка снял медальон и протянул девочке. Девочка открыла крышку, а там ничего не написано. Кроме 5 нотных линеек и четырех нот: соль-диез – си – фа-диез – ми. Девочка помедлила мгновенье, а затем весело закричала: – Дядюшка. я знаю, что здесь написано.
Ноты на медальоне означают: ” Я люблю Вас.”И вот здесь возникает вопрос.

Вы представляете себе, как учили эту девочку, если она, увидав четыре ноты, пропела их про себя, а пропев, узнала начало ариозо Ленского из оперы Чайковского “Евгений Онегин”. Оказалось, что этот медальон – столь оригинальное признание в любви, когда-то получен девочкиным дядюшкой в подарок от своей невесты перед их свадьбой. Но вы подумайте, ведь девочке только 11 лет!

Каким же образом ее успели так научить. И не в специальной музыкальной школе и не в музыкальном колледже, а в нормальной русской гимназии, да еще в начальных классах.

Вопрос: как учили эту девочку? – я уже задал, теперь задам еще один вопрос, ответ на который выходит за рамки рассуждений об уровне образования только, а касается вопросов генофонда.
Читать дальше

1. Я выгляжу так… как ты думаешь обо мне. Пожалуйста… думай обо мне, что я красивое… и буду таковым.

2. Когда ты думаешь о болезнях и пытаешься выискивать их во мне… мне приходиться подстраиваться под твои мысли… и я начинаю болеть.

3. Когда ты много времени уделяешь мыслям, которые вызывают у тебя негативные эмоции… я тоже начинаю болеть. Потому что драгоценная жизненная сила уходит на эти мысли.

4. Когда ты думаешь мысли, вызывающие радость… я буквально расцветаю и молодею на глазах.

5. Мои резервы и возможности очень высоки. Просто верь в меня… я способно к регенерации… я способно восстанавливать утраченные органы. Я могу выздороветь, даже когда ваши врачи поставят мне неизлечимый диагноз. Просто помоги мне своим желанием и верой в мои возможности.

6. Я так устроено… что легко могу функционировать тысячи лет и больше. Зачем ты уже в 35-40 лет, а то и раньше… начинаешь думать о старении? Ты старишь меня своими мыслями. Ибо в вашем обществе витает заразная программа, что 100 лет это почти предел.

7. Когда ты собираешься что то съесть… хотя бы иногда спроси меня, а что нужно мне? Если ты научишься слышать меня… я всегда отвечу тебе. И это будет нам с тобой только на пользу. Ты же употребляешь пищу на автопилоте или начитавшись очередных умных книг.
Читать дальше

Знаете, проходя мимо пожилых людей, будь то бабушка или дедушка, которые просят материальной помощи, мне всегда их жаль, внутри аж что-то сжимается. Но я никогда не даю им денег, если никуда не спешу, могу поговорить с ними немного. И каждый раз слышу, какими они были хорошими родителями, в голове сразу возникает вопрос что же случилось? Почему они в таком положении?

Так вот, что я вам скажу: я никогда не поверю в то, что они, как сами рассказывают, были супермегапупер родителями, никогда и не в чем не отдавали, а дети, гады, взяли и выкинули их на улицу. А знаете почему? Есть у меня бабушка, по папиной линии. Нет, её никто не выгнал на улицу. Но с ней никто не общается: ни сын, ни три внучки, ни правнучки. И не надо говорить, что так нельзя. Можно.

Сейчас объясню почему: эта женщина жила только для себя: своего сына (моего папу), в возрасте до 7 лет, она оставляла каждый год на месяц соседям, а сама ездила на море. Она внушала ему с самого детства, что фрукты и ягоды только для женщин и мужчинам их нельзя. Она воспитывала ребенка одна — так это не оправдание, не просто так от неё сбежали два мужа, а третий спился. Она заставила своего сына бросить учебу после 9 класса и отправила его работать! Ей было тяжело, скажете вы, но нет, всё это время она стабильно ездила на море два раза в год, оставляя ребенка дома одного, не оставляя даже денег на продукты. Он учился и работал, а когда женился на моей маме, то бабушка выгнала его из 3-х комнатной квартиры, аргументируя это тем, что места слишком мало!
Читать дальше

1. Родиться.
2. Переболеть свинкой.

3. Возненавидеть рыбий жир.

4. Подраться в песочнице из-за игрушечной машинки.

5. Пописать против ветра.

6. Научиться шевелить ушами.

7. Разбить стекло в кабинете директора школы метким выстрелом из рогатки.

8. На уроке физкультуры спрятаться в раздевалке у девочек и с визгом быть оттуда изгнанным.

9. При помощи зеркальца, поставленного на носок ботинка, убедиться, что первая красавица класса действительно носит трусики красного цвета.

10. Получить «кол» (единицу) с двумя минусами по поведению.

11. Выпить стакан водки, не закусывая. Благодаря тому, что юный организм ещё не знаком с алкогольнымиотравлениями, водка пьётся, как вода, о чём вы с удивлением и гордостью сообщаете своим более опытным товарищам, которые лишь посмеиваются, прекрасно зная, что произойдёт дальше.

12. Получить алкогольное отравление. Поклясться не пить больше никогда в жизни и через неделю статьклятвопреступником.

13. Попробовать «травку».

14. Наконец-то лишиться невинности.

15. Лишить кого-нибудь невинности. Представители того же пола и животного мира не считаются!
Читать дальше

Моя подруга Рита — судмедэксперт. Ей 42. У нее длинные тонкие пальцы и второй дан по айкидо. Она курит крепкие сигареты, ругается матом и не боится смерти. У Риты есть муж на 9 лет младше. Он ведущий архитектор в одной очень солидной строительной фирме. И очень красивый. Печет самые вкусные торты, которые я ела в своей жизни. И сочиняет детские сказки для годовалых близнецов. Сам укладывает их спать, если Рита на работе. И встает к ним ночью, потому что Рита устает.

Другая моя подруга, Оля, — психолог в МЧС. Была в Беслане. Ее первый муж, военный хирург, погиб 12 лет назад. В прошлом году она вышла замуж за оператора, который снимал репортаж об одной из спасательных операций. Сначала они просто дружили, а потом моя подруга попала в аварию, и он полгода ее выхаживал. Взял отпуск на работе, чтобы не ездить в командировки. Подрабатывал, снимая свадьбы. Подруга, несмотря на прогнозы врачей, встала на ноги. Олин сын называет его отцом. А он гордится, что мальчик поехал на олимпиаду по физике в Стокгольм.

Маша — профессор философии. Вышла замуж за мужчину без высшего образования. Но он строит ей дом, готовит обеды, обожает детей и запрещает шуметь в доме, потому что Мария Анатольевна готовится к лекциям. Маша помешана на научной карьере и планирует на год уехать на стажировку в Китай. Муж помешан на Маше. Он не знает, кто такой Гегель и экзистенциалистов не читал. Но зато он знает, какой у Маши размер ноги, и не забывает поменять летнюю резину на зимнюю на ее машине. А еще у машиного мужа реальный бизнес по производству деревообрабатывающих станков. Не олигарх, но миллионер.
Читать дальше

Плювиофил — Человек, который любит дождь во всех его проявлениях: запах мокрых улиц, звук капель по крыше и дорожки на стекле, влажный воздух, серое, низкое небо

Два ангела, женщина, бегущая на работу, крутая лестница.
— Толкай, толкай, говорю!
— Лестница такая крутая, насмерть разобьётся ведь!
— Я подстрахую, только ногу сломает!
— Кошмар, ей же на работу, она уже три дня подряд опаздывает!
— Да, а теперь она еще и на больничном три недели минимум просидит. Её вообще уволят потом.
— Так нельзя, она без работы что делать будет, зарплата хорошая!
— Толкай говорю, потом всё объясню, толкай!

Те же ангелы, трасса, две женщины в служебной легковушке, большая скорость. Перед легковушкой — КАМАЗ, груженный бревнами.
— Кидай бревно, не тяни!
— Этим бревном убить можно, а если еще на скорости в лобовое попадет, они же погибнут, у них дети!
— Кидай, я отведу бревно, они только напугаются.
— Зачем так, зачем пугать?!
— Не время, потом объясню, после поворота плакат будет «Вас ждут дома!», они уже от испуга отойдут, привлеки их внимание к плакату, пусть остановятся.
— Плачут обе, домой звонят, жестоко как!

Корпоративная вечеринка. Два ангела, мужчина, на руке обручальное кольцо, девушка.
— Пусть еще выпьет.
— Хватит, он уже пьяный! Вон как он на неё смотрит!
— Ещё налей, пусть пьёт!
— У него дома жена, детей двое, он же ведь уже контроль потерял, девушку в гостиницу приглашает!
— Да, пусть, пусть она соглашается!
— Согласилась, уходят, просто ужас! Жена ведь узнает, разведутся!
— Да, ссоры не избежать! Так и задумано.
Читать дальше

Мне пришло письмо от хорошего знакомого, он священник в одном из сельских регионов РФ.
А священник сейчас – это такой коллектор информации.
Он общается со всеми, перед ним проходит жизнь человека от крещения до отпевания; общается и с нищими, и с теми, у кого машина за 4 миллиона рублей.
А для бедных районов это сумма космическая.
Вот что он пишет:

«Как мне кажется, появилось новое чувство у людей.

Страх, неуверенность в будущем. У всех – от таксистов до председателя нашего колхоза (а это одно из четырех хозяйств, которые принадлежат людям, они все там пайщики). Произошел разрыв доверия между верхом и низом общества. Обещают поддержку сельского хозяйства, а колхоз штрафуют за кучку мусора, который свезли на свалку и, как положено, утилизировали – оштрафовали на 450 тысяч рублей. А за что, собственно?

А если бы хозяйство было бедное, оно сразу бы ушло на дно. И всем плевать. Председатель мне это рассказывал с возмущением. Таксисты (а я машину продал, езжу на такси), все относительно молодые, ругаются сильно, говорят, что по телевизору чушь какую-то несут. Говорят, придешь устраиваться на работу, а тебе: мы только до 30 лет берем. А что, в 40 помирать уже нужно? А когда берут молодых, то их берут на 3 дня. Те работают бесплатно, а им потом говорят: мы вам позвоним. И никогда не звонят. Потому что за воротами толпа стоит, и этот конвейер по 3 дня можно крутить бесконечно.
Читать дальше

В суровые 90-е я была школьницей. Недавно смотрела телевизор, в голове вдруг всплыла странная деталь из детства –

— иное восприятие стрельбы. Сейчас стрельба в городе – из ряда вон событие, оно ассоциируется в основном с внезапно съехавшим с катушек психопатом. А тогда, когда я бегала в школу с учебниками, даже песенка была со словами «зарево в небе ночном, гул канонады вдали, видимо, спорит опять братва»… Мол, спорит и спорит, дело житейское.

Я училась в престижной по тем меркам гимназии, соответственно, контингент родителей в основном характеризовался словом «обеспеченные». Так вот я помню, что в школе обсуждались покушения на жизнь таких семей. Мол, заблокировали им выходы, закидали дом бутылками с горящей смесью… Но вроде выбрались, живые. Давайте скидываться!

Помню, что ушла со школьной дискотеки в расстроенных чувствах, побежала домой, и немного успокоившись, в ужасе обнаружила, что иду через пустынный вечерний сквер. Идти там было минуты четыре от силы, но этот путь показался мне невероятно длинным – я вспоминала все истории про изнасилования и беспредел. Сейчас прогулка по ночному городу – своеобразный «романтик». Если не лезть намеренно на рожон в неблагополучных районах – то почему бы и нет?
Читать дальше