Персональные блоги

На Петроградской стороне, между улицами Красного Курсанта и Красной Конницы, есть маленькая площадь. Скорее даже сквер. Кругом деревья и скамейки — наверное, сквер.
А в центре этого сквера стояла скульптура. Лаокоон и двое его сыновей, удушаемые змеями. В натуральную величину, то есть фигуры человеческого роста. Античный шедевр бессмертного Фидия — мраморная копия работы знаменитого петербургского скульптора Паоло Трубецкого.
А рядом со сквером была школа. Средняя школа N97. В ней учились школьники.Ничего особенного в этом усмотреть нельзя. И школ, и скверов, и статуй в Ленинграде хоть пруд пруди.
Однажды в школу назначили нового директора. Директоров в Ленинграде тоже хоть пруд пруди. Большой город.

Новый директор, отставной замполит и серьезный мужчина с партийно-педагогическим образованием, собрал учительский коллектив и произнес речь по случаю вступления в должность. Доложил данные своей биографии, указал на недочеты во внешнем виде личного состава — юбки недостаточно длинны, волосы недостаточно коротки, брюки недостаточно широки, а курить в учительской нельзя; план-конспекты уроков приказал за неделю представлять ему на утверждение. Это, говорит, товарищи учителя, не школа, а, простите, бардак! Но ничего, еще не все потеряно — вам повезло: теперь я у вас порядок наведу.
— А это, — спрашивает, — что такое? — И указывает в окно.
Это, говорят, площадь. Вернее, сквер. А что?
Нет — а вот это? В центре?
А это, охотно объясняют ему, скульптура. Лаокоон и двое его сыновей, удушаемые змеями. Древнегреческая мифология. Зевс наслал двух морских змеев. Ваял великий Фидий. Мраморная копия знаменитого скульптора Паоло Трубецкого.
— Вот именно, — говорит директор, — что ваял… Трубецкой! Вы что — не отдаете себе отчета?
Читать дальше

Была сегодня в гостях у подруги. А у той — сын, десяти лет.
Ну, я, как водится, по дороге зашла в магазин, чтоб не с пустыми руками-то в гости идти, звоню оттуда подруге, спрашиваю: что Никите купить? А то знаете, небось, какие нынче родители выросли из поколения восьмидесятых: сами-то они в девяностые обожрались всякими сникерсами-баунтями-Кокаколами до жопного слипания, а детям своим этой всей гадости ни-ни!
От сникерсов кариес, от баунтей аллергия на кокос, от Кокаколы язва желудка, а жвачка в брекетах застревает. Поэтому вот тебе, дитя моё, мюсли, а вот органический веганский мармелад без сахара — они намного вкуснее и полезнее всей этой вашей химии. Мы-то знаем, мы-то той химии два вагона в детстве вточили — вот поэтому-то у папы к тридцати пяти все зубы и волосы выпали, а у меня вон какие морщины появились! А всё потому, что у нас тогда ещё интернетов не было, и неоткуда нам было узнать про ГМО, консерванты, красители Е124, и прочий ужас. Вот и ели что попало: и сникерсы с консервантами, и печенье с глютенами, и Юпи с Зуко прям из пакетиков хуярили!
Чудом выжили.
А своим детям, конечно же, мы такой страшной участи не хотим и не позволим.

Ну, в вопросы воспитания детей я сроду не лезла — сама не перевариваю непрошенных Макаренко, поэтому просто всегда заранее спрашиваю у людей: что купить из вкусного вашим детям — а потом иду и покупаю, что бы это ни было. Хоть бы даже и органический веганский мармелад, простигосподи.
Ну и сегодня тоже спросила: что купить Никитке?
Читать дальше

Хочешь куни?
Марья Ивановна не могла понять, что ей предлагают и что такое куни. И хватит ли у нее на этот самый куни денег, потому как доход ее был невелик, пенсия, да те двести рублей в день обещанные за ведение анкеты службы досуга на сайте знакомств, из которых она пока не получила ничего, потому что работала первый день.
Должностные инструкции были немудреные, всего-то раз в час давать объявление на бегущей ленте, писать там что-то игривое навроде «Хочешь отдохнуть?», «Мой ротик ждет тебя» или «Твоё неземное наслаждение здесь». А потом отвечать все желающим «Две тысячи час» и давать телефон службы досуга.
Про куни в должностной инструкции не было ни слова, но Марья Ивановна чувствовала в этом предложении что-то запретное и ранее неизведанное, захотелось узнать и руки сами собой напечатали короткое «Хочу».
Ответ пришёл быстро: «А у тебя сладкая киска?»
Марья Ивановна не понимала при чем тут её облезшая
кошка Шмуня, и какое отношение она имеет к куне. А может куня это корм для кошек, ну такой похожий на какашки горошком? Вспомнилось из телевизора «Вискас – для вашей киски», видимо и куня это что-то типа «Куни для сладкой Шмуни».
Марья Ивановна тихонько рассмеялась радуясь своей догадке, подхватила облезшую Шмуню попахивающую застарелой мочой, уткнулась носом в свалявшуюся шерсть, вдохнула сладкий чуть трупный запах и честно ответила: «Да, моя Шмунечка очень сладкая и очень хочет куни. Сколько?» И замерла в надежде что будет не очень дорого и они со Шмуней смогут себе позволить купить немножечко вкусных хрустяшек похожих на какашки горошком.
Читать дальше

Мама на даче, ключ на столе, завтрак можно не делать. Скоро каникулы, восемь лет, в августе будет девять. В августе девять, семь на часах, небо легко и плоско, солнце оставило в волосах выцветшие полоски. Сонный обрывок в ладонь зажать, и упустить сквозь пальцы. Витька с десятого этажа снова зовет купаться. Надо спешить со всех ног и глаз — вдруг убегут, оставят. Витька закончил четвертый класс — то есть почти что старый. Шорты с футболкой — простой наряд, яблоко взять на полдник. Витька научит меня нырять, он обещал, я помню. К речке дорога исхожена, выжжена и привычна. Пыльные ноги похожи на мамины рукавички. Нынче такая у нас жара — листья совсем как тряпки. Может быть, будем потом играть, я попрошу, чтоб в прятки. Витька — он добрый, один в один мальчик из Жюля Верна. Я попрошу, чтобы мне водить, мне разрешат, наверно. Вечер начнется, должно стемнеть. День до конца недели. Я поворачиваюсь к стене. Сто, девяносто девять.

Мама на даче. Велосипед. Завтра сдавать экзамен. Солнце облизывает конспект ласковыми глазами. Утро встречать и всю ночь сидеть, ждать наступленья лета. В августе буду уже студент, нынче — ни то, ни это. Хлеб получерствый и сыр с ножа, завтрак со сна невкусен. Витька с десятого этажа нынче на третьем курсе. Знает всех умных профессоров, пишет программы в фирме. Худ, ироничен и чернобров, прямо герой из фильма. Пишет записки моей сестре, дарит цветы с получки, только вот плаваю я быстрей и сочиняю лучше. Просто сестренка светла лицом, я тяжелей и злее, мы забираемся на крыльцо и запускаем змея. Вроде они уезжают в ночь, я провожу на поезд. Речка шуршит, шелестит у ног, нынче она по пояс. Семьдесят восемь, семьдесят семь, плачу спиной к составу. Пусть они прячутся, ну их всех, я их искать не стану.
Читать дальше

Итак, зарисовка номер раз.

Вася, 26 лет. Фрилансер. Живет с мамой или с коллегами по безделию. Пишет в фейсбуке: «Сегодня пойду на свидание и предложу ей заплатить. Посмотрю, как у нее вытянется лицо».

О чем это говорит? О том, что Вася — жлоб. Редакция этой страницы надеется, что хоть бабы, хоть мужики, будут давать Васе с тем же вытянутым лицом, которое он надеется увидеть в конце ужина.

Зарисовка номер два.

Белла, 26 лет. Феминистка. Живет, в общем. И вас переживет. Пишет в фейсбуке: «Очевидно, что любая попытка заплатить за женщину в ресторане является актом невербального насилия и объективации женского тела и бюджета, с ожиданием последующего за оплатой ужина коитуса, что предполагает… [еще очень много текста, от которого засыпают даже злющие бабки, принимающие кандминимум по философии]» В конце текста приписка: кстати, сегодня пойду на свидание, а вот мой яндекс-кошелек.
Читать дальше

Сейчас будет рассказ, неожиданно всплывший в другом моем аккаунте.
Знаете почему нельзя совокупляться половым образом на площадях и улицах города? Правильно, советами замучают. Но так получается, что трахаться нельзя нигде. Даже на автотрассах, где, казалось бы, каждый в своем домике.
Один мой товарищ ехал с девушкой своей мечты из одного города в другой. Маршрут из пункта А в пункт Б. Было лето, тепло. Одной рукой он рулил, а другой поглаживал красивую ногу девушки своей мечты. Да любой бы на его месте так делал. Не врите, вы тоже бы.
И вдруг откуда ни возьмись, появляется на пути охуительная пробка. Охуительные пробки они всегда внезапны, это я по опыту знаю. То ли ремонт дороги, то ли фура перевернулась, то ли мент газелистов кошмарит, то ли все сразу. И вот тебе охуительная пробка.
И вот стоят они в пробке, скучают. По радио фривольная музыка развлекательного жанра, в окно июльский ветерок, а пробка стоит.
И тут товарищу приходит мысль пока суд да дело, свернуть на проселочную дорогу и там, в тиши листвы и в запахе полей произвести половой секс гениталиями, а может еще и чем похлеще, с девушкой своей мечты. Ну, а чего нет-то, если и она не против.
Ну, и свернули. Отъехали немного вглубь, и только было воодушевленно приготовились слиться в экстазе и обменяться физиологическими жидкостями, как услышали сигнал автомобиля. Смотрят, а позади них несколько машин стоят и возмущенно сигналят. Мол, хули стоите?
Короче, оказалось, что другие автолюбители, подумав, что свернул мой товарищ не просто так, а потому как знает, как пробку объехать, ну и устремились вслед за ним.
-Да не знаю я никакого объезда!- клялся товарищ
Читать дальше

«Пока я снимала шубу, он похотливо ощупал меня взглядом и подобострастно прошептал: «Проходите, проходите…»
— Гордик, твоя девушка уже пришла? — раздался с кухни дребезжащий старческий голос.
— Пришла! — громко крикнул он в кухню, а мне тихо, словно оправдываясь, торопливо пояснил. — У меня мама дома…
— Мама? — я слегка озадачилась: про маму мы не договаривались.
Гордей превратно понял мою реакцию, и поспешил интимно добавить:
— Она скоро уйдет. По делам. Надолго.
Мы прошли в старомодную, плохо прибранную гостиную. Убирается тут явно старенькая мама. Гордей, наверное, только пылесосит. По воскресеньям.
У Гордея есть московская прописка. Рост метр восемьдесят. И шрам над правым глазом. Шрамы украшают мужчину, поэтому шрам запишем в плюс (хотя это не брутальный шрам, полученный в бою или в драке. Наоборот — Гордей, подскользнувшись в гололед, рассек себе бровь о ступеньку подъезда. Ни грамма подвига — сплошная нелепость).
Итак, что мы имеем? Высокий москвич Гордей со шрамом. Ну, вполне достаточно, чтобы женщины кокетливыми мотыльками вились вокруг его фитиля.
Но они — не вьются. Вот не вьются — и всё. А Гордику уже 43.
Для женщины это вообще возраст — аларм-аларм! — закат возможности деторождения. В этом возрасте женщины особенно отчаянно рожают «для себя».
Гордик тоже хочет родить. Ну, в смысле, чтобы кто-то родил «для него». Ну и для его мамы, которая «видимо, так и помрет, не дождавшись внуков».
Я представилась журналисткой. У меня — редакционное задание. Пишу материал о Москве как городе одиноких людей, о завидных женихах и невестах столицы. Рандомным способом вышла на Гордея. Дадите интервью? Только не обычное такое. Жесткое. Откровенное. Дадите? — Очень интересно. Дам, конечно.
Читать дальше

Уже полгода со мной живет дегу. Причем живёт спокойно во всей квартире, а не в клетке, куда заходит только покушать. И тут решил почитать, что пишут другие про них, и наткнулся на самое точно описание:

«Не берите дегу.

На ночь глядя люди вспоминают о братьях своих меньших. Внесу и свои „пять копеек“.
— Мама, наша белка сбежала! — заявил мне ребёнок.
Эта тварь, чилийская недобелка-перетушканчик, которую мы ласково звали Ириской, грызёт все.

Бумагу, пластик, дерево. В полуметре от её клетки стояла картонная коробка с кормом. Однажды утром мы просыпаемся — белка в клетке, а коробка надкушена наполовину. По ходу, она её по ночам дистанционно грызёт. Силой мысли.

Железо белка грызет тоже. После первых побегов мы её клетку дополнительно обтянули металлической сеткой. «Муха-ха-ха-хрум-хрум!» — ответила на это белка. Когда нам дарили этого крокодила в шиншилловой шубе, даритель (Билан ему в ухо) обмолвился, что за ночь чудовище может прокопать полметра тоннеля в бетоне. Мы посмотрели на маленькие трогательные лапки с аккуратными коготками, крошечную симпатичную мордочку с большими печальными глазками — ну где, где там может прятаться бульдозер? Вот кролик у нас был — то да. Ударом ноги ломал кирпич, движением брови гнул арматуру.
Читать дальше

— Мама, а недоношенные дети нормальные?
— Конечно. Сейчас с этим нет проблем. Их выхаживают и потом с ними все в порядке. Внезапный вопрос… ???
— А почему тогда если тебе говорят «недоношенный», то это оскорбление?
— А поди знай. А почему «собака» — это оскорбление?
— Ну я же не недоношенный.
— Ты переношенный, если быть точным. Ну и что? Ты же и не собака. А ведь могут назвать.
— Так почему так называют?
— Слушай внимательно. Сейчас будет откровение. Запомни, даже если не поймешь. Готов?
— Да.
(Отложил телефон, воззрился)
— Это — магия.
— Да ладно. Ахалай-махалай.
— Нет. Слова — настоящая магия. Смотри. От того, что человека назовут скотом, у него не вырастут рога и копыта, но если он про магию ничего не смыслит, то вполне может начать вести себя по-скотски: обзываться в ответ, плевать и топать невидимыми копытами. Другой пример. Допустим, человека назвали ну….
— Дебилом.
— Отлично.
— Конченым.
— Конченым дебилом. Прекрасный пример. Что происходит?
— Ему обидно.
Читать дальше

Пиздобол vs человек делающий

Там, в Афганистане, парень мне кричал: «Что ты, женщина, можешь понять о войне? Разве люди так умирают на войне, как в книгах и кино? Там они умирают красиво, а у меня вчера друга убили, пуля попала в голову. Он еще метров десять бежал и ловил свои мозги…» А через семь лет этот же парень — теперь удачливый бизнесмен — любит рассказывать об Афгане.

«В одной из журналистских поездок встретилась с женщиной, она была на войне санинструктором. Рассказала: шли они зимой через Ладожское озеро, противник заметил движение и начал обстреливать. Кони, люди уходили под лед. Происходило все ночью, и она, как ей показалось, схватила и стала тащить к берегу раненого. «Тащу его, мокрого, голого, думала, одежду сорвало, — рассказывала. — А на берегу обнаружила, что притащила огромную раненую белугу. И загнула такого трехэтажного мата: люди страдают, а звери, птицы, рыбы — за что?» В другой поездке услышала рассказ санинструктора кавалерийского эскадрона, как во время боя притащила она в воронку раненого немца, но что это немец, обнаружила уже в воронке — нога у него перебита, истекает кровью. Это же враг! Что делать? Там наверху свои ребята гибнут! Но она перевязывает этого немца и ползет дальше. Притаскивает русского солдата, он без сознания, когда приходит в сознание, хочет убить немца, а тот, когда приходит в сознание, хватается за автомат и хочет убить русского. «То одному по морде дам, то другому. Ноги у нас, — вспоминала, — все в крови. Кровь перемешалась».
Читать дальше