Тег: писатели

Толстой, Достоевский, Бунин… Мы знаем, что они думали o любви, o природе, o России, но их мнения друг o друге могут вас удивить.

Иван Бунин про Сергея Есенина

«… y тебя за душой гроша ломаного нет, и поди-ка ты лучше проспись, и не дыши на меня своей мессианской самогонкой». Очерк Бунина «Инония и Китеж»

Сергей Есенин про Владимира Маяковского

«Про Маяковского что скажешь? Писать он умеет — это верно, но разве это поэзия? У него никакого порядку нет, вещи на вещи лезут. От стихов порядок в жизни быть должен, а у Маяковского все как после землетрясения, да и углы у всех вещей такие острые, что глазам больно».

«Знаешь, почему я — поэт, а Маяковский так себе — непонятная профессия? У меня родина есть! У меня — Рязань! Я вышел оттуда и, какой ни на есть, а приду туда же! А у него — шиш! Вот он и бродит без дорог, и ткнуться ему некуда…» «Есенин в воспоминаниях современников»: В 2 тт. М., 1986. Т. 2. С. 174.
Читать дальше

Здравствуй, друг. Наверняка, ты слышал про смертельные файлы. Куча видео гуляет по интернету. Еще больше гуляет легенд. Но, мало кто знает, что кроме смертельных видео, есть смертельные книги. Ха! Ты думал, от книжек может возникнуть только близорукость и сутулость? Как бы не так, салага! Бывает, прочтешь книгу, выйдешь за хлебушком и… А вот что может произойти дальше, сегодня тебе расскажу я, твой инструктор по выживанию в мире литературы.

ГОМЕР — прочитал, пошел за хлебушком, десять лет ищешь дорогу домой.

ДОСТОЕВСКИЙ — прочитал, пошел за хлебушком, в магазине понял, что денег не хватает, убил двух старушек и свалил с проституткой в Сибирь

ПУШКИН — прочитал, отказал малолетке, пока ходил за хлебушком, она выросла и вышла замуж, попытался подкатить, отказала.

ТОЛСТОЙ — начал читать, на втором томе заговорил на французском, не дочитал.

ЛЕСКОВ — прочитал, уехал в Англию на стажировку. Хочешь рассказать царю, что форму для хлебушка не надо чистить кирпичом, умер.

ГОГОЛЬ — прочитал, нигде не можешь найти второй том.
Читать дальше

Пушкин бы писал в фейсбук каждый день, помногу и к радости тысяч подписчиков. Постил бы селфи с вечеринок, поздравлял друзей публично с днем рождения, с удовольствием ввязывался в срачи и сам их бы инициировал. И остался бы жив.

Толстой бы молчал по полгода, а потом разражался простыней на километр, вызывающей шквал перепостов типа «Я просто оставлю это здесь» или «Многабукф, но стоит прочитать всем!!!»

Лермонтов бы написал пару постов о том, как все плохо, а потом, прочитав комментарии, удалился с фейсбука насовсем.

Достоевский приглашал бы всех поиграть в «Веселую ферму», а ночью, проигравшись, писал бы колонки на Сноб (чем бы несказанно веселил Пушкина, который жив).

Тургенев бы регулярно публиковал объявления «МАКСИМАЛЬНЫЙ РЕПОСТ!!! ПОМОГИТЕ! Варвары хотят утопить щенков!!!» и сочинял психологические статьи об отношениях внутри поколений.

Чехов бы писал в неделю по паре строк, которые бы моментально попадали в списки афоризмов — в рубрику «Крылатые фразы великой Коко Шанель». Он бы морщился, но терпел.
Читать дальше

Александр Островский
Репа: Знаешь, мне что в голову пришло?
Дед: Что?
Репа: Отчего репки не летают?
Дед: Я не понимаю, что ты говоришь, глупое растение.
Репа: Я говорю, отчего репки не летают так, как птицы? Знаешь, мне иногда кажется, что я птица. Растешь, бывало, на горе, так тебя и тянет лететь. Вот так бы разбежалась, подняла листья и полетела.
Дед: Что ты выдумываешь-то, глупое растение?
Репа (вздыхая): Какая я была бы резвая! А то я у вас завяла совсем.
Дед: Я тебе завяну!
Бабка (Деду): Ты с кем там лясы точишь, старый хрыч? Совсем ума лишился? Выдергивай репу да и дело с концом!

Михаил Булгаков
В белой рубахе с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой, ранним утром четырнадцатого числа весеннего месяца мая на крытую веранду своего дачного дома вышел дед.
Более всего на свете дед ненавидел запах репы, и все теперь предвещало нехороший день, так как запах этот начал преследовать деда с рассвета. Ему казалось, что запах репы источают цветы в саду, что к запаху деревни примешивается проклятая струя репы. От окна на первом этаже, где расположилась дачная кухня, заносило дымком на веранду, и к горьковатому дыму, свидетельствовавшему о том, что бабка начала готовить завтрак, примешивался все тот же жирный дух репы. О боги, боги, за что вы наказываете меня?
Читать дальше

Что такое талант? Насколько я могу судить — разновидность травмы. Мы живём с волшебными подарками любимых поэтов и писателей до момента, пока не поинтересуемся ещё и личностью автора — вот когда начинаются сюрпризы, обычно неприятные. Хуже того: часто выходит, что чем талантливей, тем гаже человек с точки зрения привычной морали.

Федор Достоевский написал верноподданническое письмо, посвящённое вдове Николая I — царя, при котором его приговорили к смерти и чуть не расстреляли. Продувал в рулетку семейные деньги и сидел без копейки, сбывал «Преступление и наказание» в «Русский вестник» главу за главой, словно дешёвые рассказы. Прятался от кредиторов за границей.

Лев Толстой перед свадьбой дал невесте почитать интимный дневник, где описывал свои похождения — прошлые романы, рутинные походы в бордель. 36 лучших советских писателей в складчину написали книгу «Беломорско-Балтийский канал им. Сталина», полную вранья и панегириков великому вождю. Пушкин бесконечно таскался по бабам. Лермонтов был психопатом, мизантропом и вообще редкой сволочью.
Детские травмы, вырастающие во взрослые неврозы. Если вы читаете это — вероятно, вы такой же брат-невротик, как и я. Если искусство так трогает вашу душу, значит, вы сами потерпевший — психически уравновешенным пофиг седьмая симфония Бетховена, нет в ней ничего волнующего. Их влекут вещи прозаические, вроде говяжьей отбивной.
Идея проста, как фабула «Трех поросят»: родители, которые не умеют любить себя, не могут научить этому своих детей. Дети растут с верой в то, что не заслуживают ничего, кроме презрения, равнодушия или побоев. Эстафета нелюбви передаётся от поколения к поколению. Иногда в итоге получается Рудольф Нуреев, иногда – фрезеровщик третьего разряда, и найти закономерности никто так и не смог.
Читать дальше

• Пушкин бы писал в фейсбук каждый день, помногу и к радости тысяч подписчиков. Постил бы селфи с вечеринок, поздравлял друзей публично с днем рождения, с удовольствием ввязывался в срачи и сам их бы инициировал. И остался бы жив.

• Толстой бы молчал по полгода, а потом разражался простыней на километр, вызывающей шквал перепостов типа «Я просто оставлю это здесь» или «Мгогабукф, но стоит прочитать всем!!!»

• Лермонтов бы написал пару постов о том, как все плохо, а потом, прочитав комментарии, удалился с фейсбука насовсем.

• Достоевский приглашал бы всех поиграть в «Веселую ферму», а ночью, проигравшись, писал бы колонки на Сноб (чем бы несказанно веселил Пушкина, который жив).

• Тургенев бы регулярно публиковал объявления «МАКСИМАЛЬНЫЙ РЕПОСТ!!! ПОМОГИТЕ! Варвары хотят утопить щенков!!!» и сочинял психологические статьи об отношениях внутри поколений.

• Чехов бы писал в неделю по паре строк, которые бы моментально попадали в списки афоризмов — в рубрику «Крылатые фразы великой Коко Шанель». Он бы морщился, но терпел.

• Есенин бы писал ночью и пьяным, а утром с удивлением перечитывал.
Читать дальше

Нет ничего скучнее школьного учебника по русской литературе. Все писатели в нем гении. Все они родились, написали свои гениальные произведения и умерли. У них не было личной жизни. Они не ели, не спали, не путешествовали, не били друг другу морду. Русские писатели в школьном учебнике занимались исключительно тем, что беспокоились о будущем отчизны и поклонялись прекрасной даме. Тургеневу единственному разрешено было иногда охотиться, но тоже только для того, чтобы потом писать о прекрасной русской природе. А так, в целом, картина печальная. Гончаров лежал на диване, Крылов безбожно обжирался, за Пушкина вообще стыдно — взрослый мужик всю жизнь прожил с няней, ел с ложечки и засыпал под сказки. Ну что, кто-то станет их читать? Ну, возможно, какой-нибудь сильно прыщавый восьмиклассник и станет. Я лично — нет. Я страшно рада за Наташу Ростову и за её первый бал, но на сто второй странице описания этого чуда чудного мне хочется выйти в окно, Лев Николаевич.

А между тем, проблема решается просто. Просто нужно говорить о писателях правду. Не надо говорить, что Некрасов со своим «Кому на руси жить хорошо» ездил по деревням и весям, обливаясь слезами за бедный русский народ. Скажите правду — что Некрасов жрал в три горла и тратил тысячи направо и налево. Что деревню он видел, проезжая в своей роскошной троечке, медведей стрелять из заграничных ружей. Что Гончаров не лежал на диване, а плавал кругосветку, вот, дневник остался, не хуже Крузенштерна, надо сказать.
Читать дальше

Александр Блок ходил по проституткам, но так боготворил свою жену, что не притрагивался к ней пальцем. Жена Александра Блока утешалась с Андреем Белым. Андрей Белый устроил интимный триумвират с Валерием Брюсовым и истеричкой по имени Нина Петровская, воспетой в сногсшибательном романе о дьяволе и ведьмах «Огненный ангел» (рекомендую). Валерий Брюсов был приличным человеком, а вот Нина Петровская позже вышла замуж за Соколова-Кречетова, который клал руку на колено юного гимназиста Шершеневича и спрашивал его, потерял ли он уже невинность. Зрелый Шершеневич крутил роман с поэтессой Надеждой Львовой, и она считала, что он ее не любит. Не любил ее и Брюсов, потому что был приличным человеком. Однажды она позвонила им обоим по телефону, прося приехать, они отказались, и она застрелилась из того самого револьвера, из которого за 8 лет до этого Нина Петровская стреляла в Политехническом музее в Брюсова, но пистолет дал осечку. Нина Петровская тоже покончила с собой, в эмиграции.
Читать дальше