Все топики

А вы узнали Примадонну? Именно такой образ подобрали для Аллы Пугачевой зарубежные специалисты из журнала мод VOGUE в 1999-м году.



Фото: Робин Деррик

Жили в XVIII веке, в Англии, заводчики, увлекавшиеся собачьими боями. Однажды пришла им в головы богатая мысль: вывести пса для боев в легком весе. Ну они как давай выводить: коротколапого и широкого для устойчивости, безбашенно смелого для драки, с бульдожьей хваткой для того, чтобы грызть горло противнику, а уши огромные — тупо чтоб поржать. Назвали новую породу той-бульдогом, и выпустили на бои.
Но тут что-то пошло не так: той-бульдоги не желали грызть друг друга до смерти. Они ж не идиоты. Полчасика толкались грудаками, потом ложились отдыхать, вместо кровожадного азарта вызывая в зрителях слезы умиления и детскую радость.
Заводчики ужасно расстроились.
— Да, джентльмены, — сказал один на файф-о-клоке. — Приходится признать: мы вывели ерунду. Надо срочно от нее избавляться. Иначе потеряем священную традицию собачьих боев.
— Может, эта ерунда что-то другое умеет? — озадачился второй. — Давайте попробуем, джентльмены, вдруг он крыс ловит? А и сожрут его крысы, так не жалко.
Маленького той-бульдога отнесли в подвал, полный крыс.
— Ура, наконец настоящая работа! — радостно взревел пёс, и бросился в бой.
Тут пригодились и его крепкое телосложение, и храбрость, и мертвая хватка. Он быстро передушил всех крыс, но заводчики опять остались недовольны.
— Это все равно недоразумение какое-то, — заявили они. — Позор благородной собачьей династии, и нарушение всех английских традиций. Посмотрите, он же урод!
И решили раздать или продать по дешевке той-бульдогов беднякам.
— Вот видите, какие мы добрые, — говорили заводчики, распихивая результат неудачного эксперимента. — Вы не леди и не джентльмены, вам и такое недоразумение сойдет. А если вам жрать нечего, можете из этой ерунды пудинг сварить.
Читать дальше

Я, братцы мои, не люблю баб, которые в шляпках. Ежели баба в шляпке, ежели чулочки на ней фильдекосовые, или мопсик у ней на руках, или зуб золотой, то такая аристократка мне и не баба вовсе, а гладкое место.

А в свое время я, конечно, увлекался одной аристократкой. Гулял с ней, и в театр водил. В театре-то все и вышло. В театре она и развернула свою идеологию во всем объеме.

А встретился я с ней во дворе дома. На собрании. Гляжу, стоит этакая фря. Чулочки на ней, зуб золоченый.

— Откуда, — говорю, — ты, гражданка? Из какого номера?

— Я, — говорит, — из седьмого.

— Пожалуйста, — говорю, — живите.

И сразу как-то она мне ужасно понравилась. Зачастил я к ней. В седьмой номер. Бывало, приду, как лицо официальное. Дескать, как у вас, гражданка, в смысле порчи водопровода и уборной? Действует?

— Да, — отвечает, — действует.

И сама кутается в байковый платок, и ни мур-мур больше. Только глазами стрижет. И зуб во рте блестит. Походил я к ней месяц — привыкла. Стала подробней отвечать. Дескать, действует водопровод, спасибо вам, Григорий Иванович.
Читать дальше

Зашли сегодня с мужем в суши-бар, народу мало, и прям за нами сидит пожилая пара: бабушкино лицо я не видела, а дедуле под 70, но такой прям, бодрячком.
Пока мы заказ свой ждали, я невольно разговоры их слушала. Суть, в целом, такая: непонятно, где они познакомились, но у них сегодня тут свидание. Ибо пока ещё друг к другу на вы, и по имени-отчеству. Далее диалог:
— Ой, Иван Иваныч, ну не знаю я прям, суша какая-то, рола, мисасуп. Это штоль еда какая модная?
— Не модная, Анна Петровна, а низкокалорийная, и холестерина в ней почти нет. Вы вот попробуйте, попробуйте. В соус-то кунайте, кунайте!
— Да кунаю я! Ой, чота развалилося всё! А дорого небось ещё?
— Ну, знаете, Анна Петровна, у меня пенсия с надбавками, могу себе позволить. Вы вот про ЗОЖ слышали? Книги Малахова читали? Так вот! Я гораздо раньше Геннадия Петровича открыл пользу уринотерапии! Мне 26 лет тогда было! Там же главное упарить всё правильно, да чтоб кристаллизировалось, понимаете? Дайте вашу ручку. Ой, у вас артрит, я смотрю? Давайте массажик сделаю. Чувствуете, как полегчало-то? А я ещё и остеохондроз лечить могу. Наклоните голову. Вот так. Давайте пожмякаю шею. Чувствуете? Полегчало? Вот. А давление у вас обычно какое? Какое? Оооо, повышенное, да. А какие таблетки принимаете? У меня тоже повышенное, и я пью очень хорошие таблетки, внук мне из Германии привозит, очень хорошие. Давайте я вам отсыплю в салфеточку. Прям попробуйте, а потом мне расскажете: как вам? Если понравится — я вам ещё таких таблеточек дам, у меня их много.
Читать дальше

Если речь идет о чувствах, интуиция почти никогда не обманывает нас. Мы же почти всегда пытаемся ей не поверить. Мы верим в «почти».

Судьба – это не рулетка, а программный код. Никаких случайностей. Ошибочные смс (это первая из ряда историй с таким сюжетом) никогда случайно не отправляются.

Итак, где-то в начале века мой скучный друг Аркаша встал на тернистый путь моногамии. Шел он по нему с девушкой по имени Анна.

У Ани были изящные руки и озерцо обаяния. Пожалуй, всё. Красоты особенной в ней не наблюдалось, да и магии тоже.

Несмотря на это, Аркаша был к барышне привязан и даже строил какие-то планы:

– Я уже готов начать размышлять о том, что пора задуматься о возможности сделать через несколько лет намек на перспективу свадьбы.

Но дальше размышлений жених не заходил. Всегда забавно наблюдать за мужчинами, считающими, что они – властелины времени.

Наступило 31 декабря. Мы собирались большой компанией вставить бенгальские огни в оливье и заснуть лицом в бланманже, приготовленном моей тетей Верой. Для подготовки к этому сакральному событию я направился в квартиру Аркаши прямо с утра. Мешать спирт с вареньем и селедку со свеклой. Хозяин квартиры встретил меня следующим пресс-релизом:
Читать дальше

И вот она, нарядная, на праздник к нам пришла…

У ранних кельтов ель считалась обиталищем лесного духа, требовавшего кровавых жертв — внутренностей людей и животных, которые друиды регулярно развешивали на ветвях дерева. Когда окрепшая христианская церковь запретила жертвоприношения, народы Европы заменили внутренние органы шарами из дерева, которые в дальнейшем стали стеклянными, а кишки — тряпочными и бумажными гирляндами.

Вся правда о Деде Морозе, Снегурочке и старом Новом годе.
Что касается Санта Клауса, то он произошел от древнего и злобного кельтского божества, Великого Старца Севера, повелителя ледяного холода и пурги. Он ходил по домам с холщовым мешком, но не раздавал подарки, а собирал жертвоприношения, которые ему недодали в течение года. Визит Старца с мешком не предвещал ничего хорошего: как правило, после его ухода в доме оставались только обледеневшие трупы.
Читать дальше

Многие перед Новым годом ждут чуда. Всем кажется, что в ночь на 1 января все перевернется в их жизни. И все будет хорошо. Егора Петровича простит жена за измены постоянные. Серафиму Ильиничну простит дочь, за то, что она ее обидела. Евгению Васильевичу простят его долг по кредиту в банке. Да что там. Путину простят пенсионеры в стране маленькую пенсию. Гостройзаказчика простят все обманутые дольщики. Убийц простят бедные родственники, бывшим алкоголикам простят их прошлое… Все ждут чуда как раз в преддверии Нового года. Да, этот праздник и правда накрывает волной какого-то волшебства. Даже у самого жестокого и злостного человека вдруг появляется чувство, что он становится добрее, ему вдруг хочется вернуться в детство, стать ребенком и снова верить в Деда Мороза. Но надо ли всем этим людям обязательно ждать 31 декабря? Может создать свое чудо прямо сейчас? Попросить прощения, отдать долги, сказать «люблю» тому, кто этого очень ждет, сделать что-то хорошее для, пусть даже когда-то, родных людей. В этом есть еще один плюс. На Новый год они смогут загадать другие желания. А может и ничего не загадают. А просто поблагодарят кто-то свыше и людей, с которыми они все исправили и наладили. Егор Петрович обнимет свою жену, предварительно удалив все номера уже бывших любовниц. Обнимая, будет молча смотреть на ее макушку сверху и думать: «Я такой был дурак. Это единственная женщина, которую я люблю и желаю».
Читать дальше

31 декабря.

Так, оливье дорезала, курица готова, пюре готово, фрукты помыла, квартиру убрала, платье погладила, башку помыла, ноги побрила. Елка, тварь, еще раз упадешь — скормлю тебя бешеной корове! Ну, где же вы, гости дорогие, я как раз в праздничном новогоднем настроении — проходите, блин, садитесь, жрите!
Ну, что — за новый год? Чин-чин!

1 января.

Диван. Холодильник. Диван. Холодильник. Диван. Холодильник. Чародеи, гардемарины, Верка Сердючка, катарсис.
Интересно, кто из гостей запер кошку в посудомоечной машине?

Холодильник. Диван. Диван. Диван.

2 января.

Здравствуйте, гости дорогие! С вас мартини и мандарины, с меня оливье и елка. С праздником! Елка, тварь, стоять! А то скормлю тебя бешеным гостям.
Кошку не видели?.. Странно. За новый год!
Читать дальше

Пора признать: Новый Год мы проиграли. Проиграли праздник, который приходил к нам в детстве. Родители постарели, стали ложиться спать в двенадцать часов, нет больше подарков под ёлочкой и хвойной эйфории. Даже кот и тот наученный жизнью: он больше не хочет жрать блестящую мишуру. Только «Голубой Огонёк» по-прежнему отвратителен.

Новый Год, особенно в девяностых, обязательно пишется с красных литер. Тогда покупались дорогие, нечастые для российского стола продукты, а селёдка обязательно надевала шубу. Салат Оливье тогда и ели-то в основном тридцать первого декабря, а теперь вот когда хочешь, можно весной, а можно осенью. А хочешь вообще не кушай. Но раньше кушать «зимний» хотелось всегда. Редкость ведь. Корейскую морковку тоже не покупали, а делали сами. И домашние пельмени, и маринады с солёненьким груздем. Под них даже старые советские комедии можно было смотреть. Теперь — нельзя.

Мы не просто выросли, а что-то исчезло из России. Что-то неуловимое, но важное, как доля секунды для спринтера. Раньше болезнь нового года напускалась за несколько недель до праздника. Ждали, готовились, считали каждый день. Отправлялись на поиски спрятанных подарков, теперь — утраченного времени. Заранее покупали ёлку, теперь в последний день. Вечером. Так дешевле выходит. Игрушки часто делали сами, из ваты, и ёлку украшали не шары из салона МТС, а зайчики, торчащие из капусты и сладкие морковки. К слову, на столе стало меньше заготовок, но больше консервов из магазина. Теперь люди пьют сок «Моя семья», а не компот из черноплодки. И старый дед или чей-нибудь дядя, обязательно усатый и любящий «гакать», больше не делает фирменных наливок. Таких, где на мутном донышке плавают вишнёвые косточки.
Читать дальше

Никогда не забуду таво йобаного мамента, кагда я паддафшись на угаворы родствиничка сагласился 3 недели падижурить на пасике. Па иво славам пчёлы давольна мирные жучки, только главное их ни абижать. Плюс ка всиму я буду снабжен правиантом и воткой, дабы мне не было скучна. Па жиланию имелась вазможнасть взять напарника. В распаряжении имелся вагончик, буржуйка, две кравати и речка в 20 шагах.

Естесно, в напарники я взял Мидведя, хатя он и храпит па начам — зато я уверен, што он никакой ни пидарас и спать можна впалне спакойна. Вотки нам дали 25 штук, т.е. па нашим падсчётам 2 в день плюс в выходные 2.

Планы были самые радужные.

И вот он наступил, этот день, кагда мы наканец папали в эту нах глуш, за 50 км от крупных населённых пунктав и за 20 от мелких. По началу фсё была заибись. Первые 3 дня пили вотку и ложили хуй на этих мух. На 6 день праснуфшись и опохмелифшись я с ужасом заметил, што расчёты несколько не верны и на остафшиеся 15 дней у нас осталось 11 бутылок. С такова горя, мы к вечеру выпили есчё 3, а после опохмеления на след.день пачимута асталась воще одна.
Будучи в здравом уме, я фсё таки иё припрятал, списдеф Мидведю, што вотка уже фся. Нарвавшись на несколько грубые замичания па поваду маиво хуйовава павидения, я ваще забил на пазнавательные дискуссии с Мидведем.
Читать дальше

«После такого предупреждения, под ноги я стал смотреть намного внимательнее»

«Гроза» Остpовского. Финальная сцена, героиня бросается в реку. Для смягчения последствий падения обычно использовались маты. Но в этот день в суматохе их забыли положить. И вот пpедставьте себе сценy: геpоиня с кpиком бpосается в pекy, зрители слышат оглушительный треск за декорациями. Актриса не теряется и выползает обратно со словами: «А Волга-то замерзла!»

Идет спектакль про Олега Кошевого. Актриса, играющая мать Олега, читает длинный пафосный монолог. Во время монолога падает занавес за сценой, за которым обнаруживается рабочий сцены, стоящий на табуретке и спокойно себе вкручивающий лампочку. Длинная пауза, зал замирает, гробовая тишина. Рабочий находит выход: «А Олег дома?»

Столичный театр на провинциальных гастролях с чем-то шекспировским. В спектакле была сцена: над влюбленными в тихом саду пролетает купидон и мелодично напевает: «Я — купидон, любовь несущий…» Дома никаких технических сложностей с исполнением трюка не было. А в местном театре оказалось, что у каретки, к которой крепился трос с актером, слишком высокая скорость — актер просто не успеет произнести всю фразу в полете. Техник, отвечавший за лебедку, не придумал ничего лучше, чем дождаться момента и резко остановить двигатель, чтобы дать возможность актеру произнести текст. И вот финал: сад, лунный свет, влюбленные смотрят друг на друга… В этот момент из-за кулис стремительной кометой в белых тряпках, роняя на головы актеров лук и стрелы, проносится херувим с криком: «Я — купидон… твою же мать!»
Читать дальше