Все топики

Мишка, друг мой, работает психиатром в областной больнице. И, как у любого психиатра, у него есть интересные пациенты и случаи из практики. Их не так много, как кажется, но попадаются прямо персонажи из кунсткамеры. И не все они такие уж и забавные, люди не от хорошей жизни лишаются рассудка, и уж точно не по своей воле. Например, он рассказывал о женщине. Встретишь ее на улице — и не поймешь, что что-то не так. Идет себе с коляской, улыбается. Иногда посюсюкает малыша, покачает его на ручках. А подойдешь ближе — это и не ребенок вовсе, а кукла в тряпье. Тронулась рассудком на почве трагической гибели дочери. После излечения женщина стала несчастнее, и выглядеть хуже, чем до. Вот и думай после этого — что лучше? Жить в иллюзии или в реальности?

В семь вечера, как по расписанию, в мою холостяцкую берлогу завалился Миха, бренча бутылками в пакете. Нехитрый стол для домашних посиделок уже был накрыт. Все как обычно — вобла, бутерброды и пивко.

— Задам тебе вопрос, — задумчиво протянул он. — Ты знаешь о теории «многомировой интерпретации»?
Читать дальше

14 фото разных особ, с прозрачностью 25%

В доме престарелых умер старик. Все считали, что он ушёл из жизни, не оставив в ней никакого ценного следа. Позже, когда медсестры разбирали его скудные пожитки, они обнаружили это стихотворение.

Входя будить меня с утра,
Кого ты видишь, медсестра?
Старик капризный, по привычке
Ещё живущий кое-как,
Полуслепой, полудурак,
«Живущий» впору взять в кавычки.
Не слышит — надрываться надо,
Изводит попусту харчи.
Бубнит всё время — нет с ним сладу.
Ну сколько можно, замолчи!
Тарелку на пол опрокинул.
Где туфли? Где носок второй?
Последний, мать твою, герой.
Слезай с кровати! Чтоб ты сгинул…
Сестра! Взгляни в мои глаза!
Сумей увидеть то, что за…
За этой немощью и болью,
За жизнью прожитой, большой.
За пиджаком, побитым молью,
За кожей дряблой, «за душой».
За гранью нынешнего дня
Попробуй разглядеть МЕНЯ…
Читать дальше

Плохо тем, кто живет в Петербурге, ох как плохо.

Судите сами: сидит какой-нибудь Коля в своем Новокузнецке, пишет стихи про любовь, про смерть, с моралью, в общем, как надо. И есть у Коли мечта — переехать в Питер, где все великие поэты жили, и где великому русскому поэту пожить просто необходимо.
Или вот Кристина, которая снимает на фотокамеру разных людей с дредами и татуировками. Ей-то Петербург как воздух нужен — она о нем пишет, фотографирует, грезит, да только в вуз по баллам не прошла, поэтому мотается иногда на каникулы и возвращается в свою Сибирь довольной, мокрой от дождя и напетербурженной.

В сто крат тяжелее судьба офисного работника Олега, коренного петербуржца — настолько коренного, что на Крещение исключительно в болотах и купается. Нет у этого Олега цели в жизни — не может он переехать в Питер и даже мечтать о Питере не может. Ходит Олег по улицам, смотрит на всех заезжих Кристин, Коль и прочих лукавых Викторов черными, завистливыми глазами, а потом идет домой, ставит табурет и деловито, по-петрербуржски вешается.
Читать дальше

Всем известно, что женщина умеет достать, не раздеваясь. Притом, это умение в них заложено генетически, с рождения. Любой мальчик, ещё с детского сада, знает, что девочки – это существа с другой планеты. Вот сидишь ты в дальнем углу песочницы, и у тебя там танковое сражение. Наши наступают, фашисты взрываются, дел невпроворот. И тут хоп – за твоей спиной появляется девочка! Девочка лет четырёх, с куклой подмышкой. Она минуты две молча и неодобрительно смотрит на тебя, а потом спрашивает: А что это ты делаешь?
Ты ей, конечно, не отвечаешь. Потому что вопрос глупый. Ты слепая что ли? Ты сама не видишь, что тут танковое сражение и фашисты взрываются?
А она видит. Только не то, что видишь ты. Она видит мальчика, который перекопал всю песочницу, у которого песок и в носу, и в ушах, и даже на голове. В одной руке у него пластмассовый танк без гусениц, в другой – оловянный солдатик с оторванной ногой, которого он с криком «Дыдыщ!» — подкидывает вверх, и чему-то бурно радуется. Ну не дурак? И сейчас девочка объяснит тебе, что ты идиот. И игры у тебя дурацкие. И вообще ты весь грязный и в песке, и я щас пойду нажалуюсь воспитательнице, и она тебя в угол поставит.
Читать дальше

В детстве мы бредили велосипедами: «Школьник», «Орленок», «Урал». Редко кому выпадало счастье быть обладателем всех этих моделей. Трехколесный велик не в счет. Он был настолько тяжелым, что спустить его во двор с четвертого этажа я еще мог, но затащить обратно – нет.

Велосипед «Орленок» я купил с рук за четыре рубля, когда мне было одиннадцать лет. Деньги дала мама. Хранил я его в подвале около нашего сарая. «Орленок» был без крыльев, звонка, насоса и инструментов. Я на нем гонял все лето. Во дворе никого не было, поэтому я забирался и в соседние микрорайоны. Однажды я положил велосипед на асфальт и подошел к колонке, чтобы попить воды. Едва я начал пить, как за спиной раздался треск. Повернувшись я увидел как на мой велосипед наехал грузовик. Я оцепенел, а вылезший из кабины водитель посмотрел на заднее колесо и отчитал меня:

— Что же ты малой велосипед на тротуаре бросил?

— Я не знал, что Вы поедете по тротуару.

— Да я задом сдавал. Ладно, вот тебе червонец, купишь себе другой. Лады?

— Да, — ответил я, не понимая до конца, что происходит.

— А вообще, ты уже рослый, тебе пора на взрослом велике ездить. Давай скрутим, что может пригодиться, а раму с колесом на мусорку.
Читать дальше

Твари. Мерзкие двуногие твари. Ненавижу их. Иду по улице и ненавижу — а что остается делать? Переселяться в тайгу, где их нет? В городе они повсюду. Целые толпы. Насколько чище был бы мир без них… Все, что они умеют — это жрать, гадить и размножаться. И убивать друг друга, о да. Это они делают с удовольствием, в отличие от большинства биологических видов. Хотя даже не хищники. Они слишком тупые, чтобы быть нормальными хищниками. Они всеядны — то бишь жрут всякую гадость. Это же уму непостижимо, что они жрут! Понятие «здоровое питание» придумано явно не для них. Естественно, от такой диеты они быстро дохнут, но плодятся еще быстрее. Дурное дело нехитрое. По сути, они паразиты, хотя формально биология и не относит их к этой категории. А до чего наглые! Даже и не думают уходить с дороги. Лезут прямо под колеса. Тупые наглые гнусные твари.
Поразительно, но немало тех, кому они нравятся. И внешне, хотя на планете Земля множество куда более симпатичных существ, и по натуре. Считается, что они от природы добрые и миролюбивые. Какой бред! Не иметь могучих когтей и прочих инструментов хищника еще не значит быть добрым. Тот, кто придумал байку об их миролюбии, очевидно, никогда не видел, как один из них медленно убивает другого. Впрочем, если бы и увидел, наверное, сказал бы, что их испортила противоестественная жизнь в городах. Есть такая публика, готовая защищать кого угодно.
Читать дальше

Мат может выражаться в отдельных словах, в словосочетаниях, содержащих до пяти нецензурных слов, а может и в загибах. Матерный загиб бывает нескольких видов. Так, различают малый матерный загиб, большой матерный загиб, большой петровский загиб, малый морской и большой морской загибы и так далее. Матерный загиб – простейшая и в то же время жесткая и обширная схема, по которой идёт конструирование бранного предложения. Загиб отличается своей прочностью. Одно слово с трудом заменяется в нём на другое. Матерные загибы (большой и малый) отличаются, прежде всего, по числу содержащихся в них неформатных слов. Малый загиб должен включать в себя от пятнадцати до двадцати слов (предлоги и союзы не входят в их число). Большой, соответственно содержит тридцать и более слов. Известны загибы число нецензурных слов, которых достигает полутора сотен и даже больше. Такие произведения народного творчества выглядят колоритно и озвучивают их обычно скороговоркой.

4 варианта Большого Петровского Загиба от знаменитого исследователя русского мата А.Плуцер-Сарно.
Читать дальше

Русский — невероятный язык. Одними и теми же словами могут обозначаться совершенно разные вещи и выражаться абсолютно разные эмоции. Что уж говорить о лексических оборотах, которые запросто могут сбить с толку иностранного гражданина.

1. Только в нашей стране слово «угу» является синонимом к словам «пожалуйста», «спасибо», «добрый день», «не за что» и «извините», а слово «давай» в большинстве случаев заменяет «до свидания».

2. Как перевести на другие языки, что «очень умный» — не всегда комплимент, «умный очень» — издевка, а «слишком умный» — угроза?

3. Почему у нас есть будущее время, настоящее и прошедшее, но всё равно настоящим временем мы можем выразить и прошедшее («Иду я вчера по улице...»), и будущее («Завтра я иду в кино»), а прошедшим временем мы можем выразить приказ («Быстро ушёл отсюда!»)?

4. Есть языки, где допустимо двойное отрицание, есть — где не допускается; в части языков двойное отрицание может выражать утверждение, но только в русском языке двойное утверждение «ну да, конечно!» — выражает отрицание или сомнение в словах говорящего.

5. Все иностранцы, изучающие русский, удивляются, почему «ничего» может обозначать не только «ничего», но и «нормально», «хорошо», «отлично», а также «всё в порядке» и «не стоит извинений».
Читать дальше

Свитер я купил. Серый. На распродаже. Помню, в центре магазина зиждился огромный такой поддон. А на нём вещи всякие навалены в неестественных позах. Словно много-много людей с большой высоты упало, и их из одежды выдернули. Поддон окружили покупатели и давай в нём рыться. Были там уже и ветераны рытья – это те, кто у поддона уже минут пять-семь копошатся. На новичков зыркают враждебно – мол, это наша земля, найдите себе другой хлопчатобумажный курган с обелиском «всё по 900». Я сзади на цыпочках подкрался, гиеной быстренько что-то цап снизу, и за манекен утащил. Развернул, смотрю – свитер. С двумя очаровательными оленями. И размер почти мой. Плечи в районе локтей, но если рукава подкатать и под картонную эко-дубленку спрятать – вот прям моё. Мне б еще усы да наивно-удивленный взгляд – вылитый житель американского пригорода с двумя детьми, крашеным забором и слюнявым ретривером. Не то, чтобы этот образ был моей голубой мечтой. Но 900 рублей…
Вернувшись домой, разложил я свой трофей на диване. Срезал с него все четыреста ярлыков (или пятьсот – после девятого я сбился со счета). Напялил на себя и задался логичным вопросом: на хрена я это купил?! Магия-то 900 рэ исчезла. Это ж вообще не мой размер! Олени какие-то дебильные… Если б такие олени были в упряжке Санты, он бы добирался до детей на поезде. Во-первых, на таких несуразных копытцах они не победят гравитацию, чтобы пронестись на фоне луны. Они их даже по снегу не протащат, тем более с толстозадым дедом. А во-вторых, конечно, морды. Они точно связаны кем-то в глубочайшей деменции. Потусторонние ребята из головы Стивена Кинга они, а не олени. С такими рылами нужно объезжать стороной церкви, а не детям подарки развозить.
Читать дальше

— Как ты можешь с ней общаться? — говорит мне Динка — О чем с ней можно разговаривать? Она же дура, дура непроходимая!

Так оно и есть. Как ее еще назвать? Кто б спорил.

Смотрит сериалы эти дурацкие, пересказывает с удовольствием, вздыхает: ну как в жизни! В 20-й серии — украдено дитя, в 30-й — потеряна память, а в 75-й — и то, и другое счастливо обретено. Ну, как в жизни.

Анекдоты ей надо по три раза рассказывать и каждый раз объяснять. В конце концов смеется, но как-то неуверенно.

Еще романы в мягких обложках читает, рыдает над плоскими бумажными страстями.

Детей любит, а разговаривать с ними не умеет, начинает сюсюкать, повергая воспитанных подростков в недоумение, а невоспитанные в лучшем случае крутят пальцем у виска.

Газеты читает, чтоб узнать, что актрисулю А. бросил финансист Б., переживает за обоих, как за родных.

Большая, несуразная, нелепая, много лишних килограммов, много лишних сантиметров.
Читать дальше